Другие мальчики в их ватаге не обладали такой фантазией и разумом, как он. Его во время игр часто удручало отсутствие у них утонченности, и он, разочарованный, уходил домой или же отходил в сторону. Он мечтал о друге, который бы понимал его и думал бы так же, как он.
Но такие друзья не растут на деревьях.
Внезапно он съежился. На улице уже стемнело! Дом становится другим, когда ты остаешься в нем один вечером. Да сейчас ведь уже почти ночь! Гостиная, выглядевшая такой уютной, когда мама и папа дома, сейчас наполнилась давящей темнотой, пришедшей извне.
Самое лучшее лечь спать!
Но на лестнице было абсолютно темно. Где-то хлопнула дверь.
Ветле не знал до сих пор, что боится темноты, ведь в доме всегда находились люди. Если мама с папой отсутствовали, с ним всегда оставалась бабушка Малин, а еще раньше и дедушка Пер. Сейчас не было никого. И собака, к огромному сожалению Ветле, умерла.
Ему не нужно подниматься наверх, можно лечь здесь в гостиной. На софе.
Но здесь нет задергивающихся занавесок. Кто-то ковыляет по полу?
Лучше бы ему было остаться на Липовой аллее! Но сейчас он не осмеливается выйти на улицу! Может, ему позвонить?
Нет, они уже давно улеглись спать.
Он один в целом мире темноты.
— Ветле!
Он почувствовал, как кровь потоком побежала по векам.
Ветле никогда не испытывал обморочного состояния, но сейчас почувствовал, что это такое. Его пронизал страх. Хватит ли у него смелости оглянуться?
Никогда в жизни!
А убежать и спрятаться? Это было бы слишком позорно. Он продолжал стоять, а сердце билось так, как будто было готово выскочить наружу. В горле пересохло, а глаза стали огромными, словно оловянные тарелки.
По ветвям тополей, стоящих у ворот, пронесся порыв ветра. Постучал по окнам.
Время словно остановилось.
Но вот голос раздался снова. По телу Ветле проскочила дрожь.
— Не бойся, Ветле из рода Людей Льда! Ты ведь слышал о своих предках? Ваших помощниках и защитниках?
«Ветле из рода Людей Льда!» — звучит превосходно! Гораздо красивее, чем Ветле Вольден или Ветле Вольден из рода Людей Льда.