Будут бесконечно придираться,
Но почему Райвен вообще заступился за меня? Почему вообще вызвался сопровождать? Благодарность за спасенную жизнь? Или… что-то еще? Уловил мою магию?
В висках опять застучало, а перед глазами проступила пелена.
Что за напасть? Ничего не помогает, боль только усиливается.
Достала пузырек с обезболивающим, открутила крышку и капнула пару капель на язык. Горечь быстро разлилась по небу.
Должно стать легче через минут двадцать. Это проверенное зелье, я сама над ним сидела.
— Головная боль беспокоит? Слабость? — прозвучал за спиной голос сьеры Кэрол.
"— Немного, — я ответила и развернулась.
Вид у наставницы был… виноватый. Я впервые видела у обыкновенно сдержанной, чопорной целительницы такое выражение лица. Она была в шатре, но ни сказала ни слова в мою защиту, молчала. Неужели сейчас раскаивается?
— Я заметила, что ты стала бледной со вчерашнего дня. Рана, которую ты лечила, была очень серьезной. Очевидно, ты потратила больше сил, чем сама осознавала, — сказала женщина, и подхватила один из пузырьков со стеллажа и протянула мне.
И откуда столько заботы? Десять минут назад она была не против дать мне выговор.
— Кхм… Спасибо, — я подхватила пузырек.
Ведь и правда, головная боль и рассеянность появились после исцеления. Только не сразу, а по нарастающей. Обычно после потери силы боль накрывает сразу, а у меня идет по нарастающей… Тьма играет со мной злую шутку?
— И возьми еще концентрат керрика в дорогу, он может снять последствия воздействия Тьмы.
— Думаете, возможно еще одно нападение? — я взяла необходимый бутылек и положила в дорожную сумку.
— А сама как считаешь? — вздохнула сьера Кэрол, но затем исправилась: — Впрочем, можешь не отвечать.
Было и так понятно, куда она клонит.
— Следов беглеца не нашли ведь? — я спросила понизив голос.
Сьера Кэрол помедлила, но все же тихо ответила:
— Я не вхожа в узкий круг, Айвелин. Все, что мне известно, он без препятствий покинул лагерь.
Без препятствий… Значит, кто-то ему помог?
— Послушай, мне… — начала сьера Кэрол и запнулась, ее голос дрогнул: — Мне очень жаль, что так вышло. Это была моя ошибка, я должна была проследить за журналом. Я воспринимала тебя как полноценного целителя, забыв о том, что ты моя подопечная.
Хлопнула полог, обрывая речь наставницы. В шатер вбежала Мирин. Запыхавшаяся, раскрасневшаяся, темные волосы сбились на бок, глаза лихорадочно блестели.