Разве могла я себе представить до замужества, что каждое субботнее утро, вместо любимого лица Юры, буду видеть ""любимую"" свекровь и слушать ее ворчание.
— Какое доброе? Ты будешь уже шевелиться? — она села на диван и тяжело вздохнула. Я умылась и прошла на кухню варить себе кофе.
— Я не завтракала, к тебе спешила. Между прочим, что бы успеть к приезду Юрочки, — я достала из холодильника колбасу, сыр, масло и сделала несколько бутербродов.
— Ты что и Юрочку по утрам этим кормишь? Ты же знаешь, что он завтракает только овсянкой! Люся, ты невыносимая лентяйка! — она села за стол и принялась со скоростью пылесоса поедать бутерброды.
— Ну и чего стоим, кого ждем! Позавтракала, пора и за уборку приниматься! — я посмотрела на женщину.
— Зоя Александровна, я на днях уже убиралась. Нет нигде пыли и грязи, успокойтесь! Вам нельзя нервничать! — свекровь была плохой актрисой, но все же я научилась пользоваться ее же методами.
— Во сколько должен вернуться Юрочка? — она снова упала на диван, взглянула на меня, прищурив глаза. Каждый раз, смотря на женщину, я видела в ее взгляде раздражение. Можно подумать, что мне приятно ее общество. И ведь она сама приезжает в нашу квартиру каждую субботу, ни свет ни заря.
— Сказал к обеду, но это не точно. Может и к вечеру приехать, — я забросила в машинку грязное белье. Он мне вообще ничего не сказал, не успел.
— Вот что ты за жена такая?! Даже не знаешь, когда муж домой приедет! Да, кстати, я там, на прихожую положила квитанции для оплаты моей квартиры. Сходишь как-нибудь среди недели, оплатишь, — а это у нас в порядке вещей. Коммунальные платежи свекрови лежали не на Юре, а на мне.