Она подняла голову, надеясь встретить неземной взгляд его полных любви ярко-голубых глаз… и наткнулась на поблескивающую в свете ламп лысину почтительно склонившегося официанта.
Но вот тот выпрямился, и ее досада мгновенно сменилась ужасом. На нее взирали ненавистные ей глаза — серые, немигающие, требовательные.
И если раньше она не замечала перестука вагонных колес, то теперь они оглушительно загрохотали у нее в ушах. Тук-тук-тук…
О Боже, только не это!..
Когда Руперт проснулся, было уже около четырех часов дня.
Он нашел Флоренс в гостиной. Она сидела на диване, закрыв глаза и откинувшись на спинку. Боясь напугать ее, Руперт негромко кашлянул, но она как будто не услышала. Он кашлянул опять, на этот раз громче.
Глаза ее открылись, на лице появилось встревоженное выражение.
— Давно вы здесь стоите?
— Не очень.
— Можно сказать ничем. Сначала я смотрела телевизор, а потом задремала.
Сердце его забилось сильнее.
— И опять видели сон? — осторожно спросил он.
— Не только. Я видела мужчину из сна по телевизору.
Следовало отдать Флоренс должное: соскучиться с ней было просто невозможно. Интересно, чем она огорошит его в следующий раз?"
"Хорошо хоть настырный толстячок привиделся ей среди гостей на какой-то литературной тусовке, а не в сенате Соединенных Штатов.
Тем не менее Руперт принялся добросовестно расспрашивать ее о деталях сна. Это ни к чему не привело, более того, ему в очередной раз показалось, что она не до конца откровенна с ним. Это уже начинало понемногу выводить его из себя. Или она хочет узнать все о своем прошлом, или нет. Третьего не дано…
Но так ли это? А что, если она уже все вспомнила, но по каким-то своим причинам продолжает морочить ему голову?
9
— Шоколад при депрессии или просто плохом настроении полезен, это установленный наукой факт.
Откусив, Флоренс закатила глаза и издала стон удовольствия. Сила воли — прекрасная вещь, но, когда дело касается шоколадных кексов, особенно домашнего приготовления, про нее всегда забываешь.