Даже заплаканная, с растрепанными волосами и в джинсах Инес с легкостью несла знаменитую гордость Кавалларо. Это то, чем я всегда восхищалась.
— Такое чувство, будто кто-то жжет мне сердце. Просто думая о том, что переживает Серафина... — ее голос замер, и я увидела, как она изо всех сил пытается сохранить самообладание. Наконец она посмотрела на меня. — Эта война должна закончиться, Вэл. Теперь все должно кончиться. Слишком много людей уже заплатили своими жизнями, и теперь на кону стоит жизнь моей дочери.
— После того, что сделали Лука и Римо, Данте не сможет жить с ними в мире. Это вопрос гордости.
— Гордость, — Инес прислонилась лбом к окну. — Мы должны дать им то, что они хотят. Мы должны спасти Фину. Мы должны.
— Инес...
— Пожалуйста, не могла бы ты уйти?
Я сделала шаг назад.
— Конечно.
София опустила глаза в книгу, стараясь не встречаться со мной взглядом.
Я направилась вниз, в большую общую комнату, где несколько охранников играли в покер с Леонасом. Это было странным зрелищем, мой маленький сын сидел на стуле, окруженный вооруженными мускулистыми мужчинами. Выражение его лица было сосредоточенным и решительным, когда он просматривал свои карты.
"Карие глаза Энцо скользнули по мне, и он встал. Остальные мужчины собирались сделать то же самое, но я быстро подняла руку, останавливая их.
— Пожалуйста, продолжайте. Не могу заснуть. Я не хотела вас беспокоить.
— Ты не побеспокоила, — сказал Энцо.
Этим он заслужил несколько удивленных взглядов других охранников.
Леонас фыркнул:
— Мама не умеет играть в покер. Она женщина.
Я приподняла бровь.
— Прошу прощения? — я решительно подошла к столу. — Я хороший игрок в покер. Раньше я управляла казино.
Мужчины обменялись удивленными взглядами, а глаза Леонаса расширились.
— Управляла?
— Да.