Данте и остальные не поверили ей, обвинив в этом Стокгольмский синдром. Я не была полностью уверена, но у меня не было права совать нос в чужие дела, пока Фина не доверится мне.
— Она просто без ума от них. Словно она не замечает, что они похожи на Фальконе.
— Они и ее дети.
— Я знаю, что не должна этого говорить, но лучше бы она никогда их не рожала, — прошептала Инес.
Я не была уверена, преувеличила ли Инес сходство, но когда два дня спустя я впервые увидела близнецов, потребовалось усилие, чтобы не выдать своего шока.
Их волосы были черные как смоль, а глаза невероятно темные. Они совсем не походили на Кавалларо или Мионе. Они были Фальконе, по крайней мере по крови, но они научатся быть частью нашей семьи, Наряда.
Позже в тот же день я нашла Фину в детской с ее близнецами, где она склонилась над их общей кроваткой, с мягкой улыбкой на лице. Она быстро взглянула на меня, когда я вошла, прежде чем снова переключить свое внимание на детей.
— Я знаю, о чем все думают, — яростно сказала она.
Я покачала головой.
— Нет, это неправда, Фина. Твоей семье тяжело принять факт того, кто их отец, на этом все.
Фина безрадостно усмехнулась.
— Почему они не могут принять это, когда я могу? Почему не видят их такими, какие они есть? Невинными детьми.
Я остановилась рядом с ней. Невио и Грета спали рядом, их руки соприкасались. Они были друг у друга, и им нужна была их связь, чтобы противостоять суду нашего мира.
— На это потребуется время.
— Я буду защищать их, чего бы это ни стоило.
Я сжала ее плечо.
— Ты их мать, конечно, будешь.
Раздался стук в дверь, и Данте просунул голову внутрь.
— Ужин готов.
Он вошел, его взгляд бросился на детей, прежде чем он сосредоточился на Фине. Ему было невыносимо смотреть на них. Раньше я этого не замечала.
— Я скоро спущусь, — сказала Фина с напряженной улыбкой.
Я последовала за Данте наружу и сплела наши пальцы, повернувшись к нему лицом.
— Что это было?
Его брови поползли вверх.
— Что?
— Ты даже не смог посмотреть на детей.
Губы Данте сжались.
— Если бы ты встретилась лицом к лицу с Римо Фальконе, а потом взглянула на Невио... блядь, Вэл. Этот мальчик будет выглядеть точно так же, как этот ублюдок.
— Но он не Римо. Его зовут Невио Мионе. Он часть нашей семьи, часть Наряда.
— Я не уверен, что этот мальчик когда-нибудь станет частью Наряда, по крайней мере в важной должности. Мои люди никогда не примут его.
Мои глаза расширились.