– Ну и чего? – прошипела Серафима, яростно тыча в бок своего непутевого начальника. – И что теперь, нам рядом с бабусями садиться венок охранять?
– Между прочим, – отбрыкивался Шишов, – эти самые бабуси – настоящий кладезь информации. Пойдем и сядем. Они нам такого понарасскажут! Пойдем, говорю, вместе, а то мне одному… Боюсь я один!
Серафима проводила напарника до лавочки, усадила его в самую середину старушек, а потом, вскрикнув: «Я же подарок забыла!» – коварно убежала в подъезд.
Сначала она решила навестить Веру.
Та, несмотря на ранний час, уже была в боевой готовности и гостью приняла душевно.
– Молодец, что пришла, а то я уж думала, тебя не будет сегодня. Так, хватай вот эту кастрюлю, там капуста тушеная, и дуй к Алисе.
– Сейчас, дай передохнуть, – отдышалась Кукуева. – Чего там у тебя опять? Я по телефону вчера ничего не разобрала.
– Да чего разбирать… Говорю же – Милочка эта, подружка Толика, возле нашего подъезда ошивалась. Ты знаешь, Сима, мне кажется, она свихнулась, честное слово.
Серафима замялась.
– Понимаешь, не могло ее вчера тут быть.
– Как же не могло, если я видела! – отмахнулась Вера, пересчитывая целый ворох ложек. – Так, сейчас опоздаем, Алиса волноваться будет. Бери кастрюлю…
Сима покорно взяла кастрюлю и потащилась в соседнюю квартиру. Там уже вовсю шли приготовления. В комнате были расставлены столы, и какие-то невзрачные женщины мельтешили из кухни к столам, однако никого похожего на Милочку Серафима не заметила.
Ближе к двум гостей стало больше. Появлялись степенные мужчины и яркие женщины, толкалась молодежь, на лестничной площадке то и дело курили компании с печальными лицами. Серафима улучила момент и выбежала на улицу.
Среди пожилых соседок сочным зеленым пятном выделялся Шишов. Завидев Кукуеву, он весело вспрыгнул, сунул какой-то бабульке венок и потащил напарницу подальше от подъезда.
– Вот, Кукуева, от тебя так и жди пакости какой! – зашипел он ей в самое ухо. – И куда тебя унесло? Сижу тут, как павлин, ушами хлопаю, а тебе – хоть бы хрен!
– Здрасте! – тоже шепотом завозмущалась Серафима. – Ты не ушами хлопать должен был, а ценные сведения собирать.