Из клетки с розовыми мышами донесся рассерженный писк. Персик, лучший друг Фреда, свесился с полки и сердито проговорил:
– Фред, замолчи! Ты вообще много болтаешь. В последний раз, когда тут была Лоттина мама, мне пришлось запихать тебе в рот твой же собственный хвост. И не притворяйся, что ты не помнишь!
Фред спрыгнул с Лоттиного плеча и побежал разбираться со своими сородичами. Когда по клетке, где жили розовые мыши, вдруг принялись летать клочки сена, Лотти с папой понимающе переглянулись.
– Мне бы тоже хотелось сбежать к Ариадне, – пробормотала Лотти.
* * *Мама приехала на такси уже под вечер. Кажется, она была рада вернуться из Франции, но между нею и Лотти так и осталась неловкость, возникшая во время их последнего телефонного разговора, когда Лотти сказала, что не хочет возвращаться Лондон, а хочет остаться в Нитербридже насовсем. Мама тогда очень расстроилась. Лотти знала, что ей придется все объяснить.
Ей придется сказать собственной маме, что она ведьма.
По случаю маминого приезда дядя Джек решил приготовить праздничный ужин, и Лотти даже сумела уговорить его не добавлять в блюда никаких новых ингредиентов, не указанных в рецептах.
За столом Лотти старалась есть с аппетитом и участвовать в общей беседе, и вообще быть естественной.
«Она опять смотрит! Это невежливо! И говорит о плохом воспитании! Я ем аккуратно, я умею вести себя за столом! А она смотрит и хмурится.
«Да, Софи, я знаю. Но Барни – наше секретное оружие. Он нам поможет ее убедить».
Лоттина мама не слишком любила животных. Ей нравились только кролики. Когда она была маленькой, у нее дома жил кролик, немного похожий на Барни. И поэтому мама сразу его полюбила. Лотти надеялась, что благодаря Барни мама поверит в магию.