Приятель Джессики, с которым она вместе ездит в Брайтон на собрания цветоводов! Господи Иисусе… Что же способен выращивать садовник с такой рожею?! Спорынью, цикуту, волчьи ягоды, змееголовник? Ах да, гиацинты! Ну, если вспомнить, что запахом гиацинтов можно удушить человека, если, например, убрать букетами опочивальню и затворить окна, тогда, пожалуй, можно вообразить себе Линкса в обличье цветовода. Он заодно с Хьюго, значит, и с Джессикой, а коли так, Флоре несдобровать. Пожалуй, Марина очень вовремя подобрала этот увесистый сук.
"Она чуть ли не на коленях сползла в овражек, куда боком съехала телега Флоры, и притаилась за огромным кряжистым дубом – как раз за спинами Линкса и Хьюго, которые в это время уже спешились и довольно-таки нагло приблизились к Флоре.
– Где твое отродье? – спросил Хьюго и, схватив Флору за руку, сильно дернул к себе. – Отвечай, ну!
– Моя дочь осталась дома, с матушкой, – дрожа и пытаясь вырваться, выкрикнула Флора – и Марина на миг остолбенела от того, что вдруг произошло: Хьюго резко, сильно ударил Флору по лицу.
Она упала бы, да ее подпирала сзади телега, и хотя Хьюго хлестал молодую женщину наотмашь снова и снова, она не сдвинулась с места, а, запрокинувшись и раскинув руки, прикрывала собою возок, не крича, а только испуская тихие короткие стоны.
– Долгая история, Хьюго, – укоризненно сказал Линкс. – Поверь, я сам склонен к методам терапевтическим, однако нам сейчас не до того. Время уходит! А ну, держи ее.
В то же мгновение Хьюго схватил Флору и, вывернув ей локти за спину, поставил перед собой. А Линкс снял с седла притороченный к нему палаш и вытащил из ножен.
Марина перестала дышать. На кого броситься? На Линкса? Но Хьюго держит Флору.