Именно Алена лишила меня самого верного шанса спасти Юнию.
Но все же зонт я забрал. Это с моей точки зрения он бесполезный. Однако репутация Пришлых свидетельствовала о том, что абы какую фигню они в схрон тащить бы не стали. Значит, для каких-то целей эта штуковина полезна.
С трудом открыл зонт и выругался. Нет, все же рухлядь. Одна спица сломана, другая искривлена и торчит наружу. Ткань порвана сразу в двух местах. Поэтому по прямому назначению его использовать едва ли получится.
Что однозначно привлекло мое внимание — внушительная шестеренка, нанизанная на стержень возле нижнего пружинного фиксатора. И что еще забавнее, на самом стержне была отсечка, совпадающая с отметками подписанными снизу. Сейчас шестеренка замерла на значении «Vind». Далее шли «Hagel», «Moln», «Slush» и прочее. Всего на шестеренке я насчитал двенадцать режимов. Интересно, очень интересно.
— Это не английский, — выступила в качестве Капитана Очевидность Алена.
Ну вот, ненадолго ее хватило. Всего лишь через пять минут после главного факапа в моей жизни приспешница подала голос.
— Шведский, — ответил Леопольд. — «Hagel» — град, «Regn» — дождь.
— А ты откуда знаешь? — с ленинским прищуром спросила Алена.
— Так у меня шведские корни, — с достоинством ответил тот. Будто бы даже похвастался.
Собственно, действительно, по одному имени уже можно было все понять. Только шведы могут назвать ребенка Леопольд.
— И что? — не унималась приспешница. — У меня вон татарские корни. Так я русских вроде не угнетаю и дань с них не собираю.
Видимо, у Алены пошел своего рода откат. За все то время, пока она молчала. Бедная-несчастная. Теперь будет болтать без умолку.
— Еще как угнетаешь, — ответил я ей. — Просто, как и золотоордынцы этого не понимаешь. Все, замяли, — отрезал я, заметив, что Алена собралась спорить. — Поехали уже.
— Куда? — спросил Лео.
— В Подворье. Хочу показать эту вещицу Степану Филипповичу.
Мы выбрались с кладбища, и я заметил то, чего прежде не замечал. А именно рубежников, уже занимающихся оцеплением этого места. Снова. Не из воздуха же они взялись. Значит, находились где-то неподалеку. И я их прозевал. Судя по всему, Леопольд тоже. Он не выглядел, как человек, которого посвятили в план мероприятия.