Если сюда попадет ракета, едва ли они что-то сделают. Но вот о проникновении того же кощея можно не переживать.
Теперь я посмотрел на почти неосязаемые нити, нашел небольшой прогал и повесил свою печать, уже знакомую — Хозяин дома. И сразу установил негласное правило: «Нечисть не может ослушаться моего слова. Иначе ей срежет большую часть промысла».
Митька и не чухнул, что что-то изменилось. А вот Гриша обиженно засопел. Что означало лишь одно, лесной черт даже не собирался мне врать, а вот бес, напротив, не имел желания говорить правду.
Зато теперь я был спокоен за своих балбесов. Пусть лучше сидят возле окна, медитируют, кушают форшмак и размышляют о высоком. А не пьяные лазят по крышам.
— Ты далеко, хозяин? — разве что спросил Гриша.
— Нет, тут относительно рядом, — сказал я.
— Взял бы кого-нибудь из нас. А то и обоих. Все-таки большой город, негоже одному ходить.
— Я и не один, — негромко ответил я, закидывая рюкзак с Трубкой на плечи.
Захваченная толстовка пришлась как нельзя кстати.
Я выскочил в подъезд, сразу мысленно выразив всю свою провинциальность. С другой стороны, на парадную все вот это ну никак не тянуло. Да, высоченные потолки, как и положено, чугунные перила, широкая витая лестница. Вот только все как-то неказисто.
Но это ладно. Сейчас мой путь лежал не вниз, к давно заложенной кирпичом печи и серого цвета стеклом над входом.
Я хотел сначала сорвать его рукой, но потом все же вытащил со Слова меч. Чего конечности портить, которые в скором очень сильно могут пригодиться. Засунул клинок между механизмом запора и дужкой, выплеснул немного хиста, повернул и довольно улыбнулся. Меч справился, промысел тоже, а вот запор капитулировал."
"Нет, Гриша, конечно, прав.