Это помещение было разделено на несколько зон, в том числе и выложенную льдом, для хранения скоропортящихся продуктов, таких как мясо и молоко. Но мне туда не нужно. Лучше я в ближайшей части кладовой возьму круг пахучей колбасы, кусок сыра, завернутый в промасленную бумагу и половину крупной булки. Разместив все это в своей сумке, буквально утрамбовав, как ни в чем не бывало вернулась в основное кухонное помещение. Поварята, оставленные на дежурстве, а их было двое, скользнули по мне равнодушными взглядами и принялись дальше обсуждать свои дела.
На улице первым делом зябко поежилась, ночь выдалась особенно холодной. И хотя первая часть плана прошла без сучка, без задоринки следовало поторопиться.
В этот момент я услышала тихий скулеж и вой. Замерла, а сердце заколотилось так отчаянно от осознания, кто это был. Лорор, мой мальчик. Это он каким-то непостижимым образом догадался, что я его покидаю. Считайте меня полной дурой, да только не смогла я не пойти в загон для гиртов.
Лорор увидел меня и сразу же потянулся мордой к моей голове. Он часто так делал — прислонялся лбом ко лбу, смотря при этом мне в глаза. Со стороны могло показаться, что он читает мои мысли. Но это, конечно, было не так. Гирты умные, но не настолько. Так мы и стояли, думая каждый о своем. Я отстранилась первая. Погладила холодную кожу ящера, чмокнула его в нос, а Лорор слизнул соленую каплю с моего лица. Я и не заметила, что плачу.