Танкист-штрафник (с иллюстрациями)

Выручили «илы», которые дважды налетали и хорошо обработали западный край села бомбами и ракетами. Но все видели, что танк командира роты долго не продержится. Гаубичные снаряды взрывались, обнажая дно речушки, поднимали вверх фонтаны песка, камней. Подогнали бронированный тягач на базе танка Т-34 без башни. Ремонтники сумели зацепить двойным тросом машину и потащили «тридцатьчетверку» к берегу.

Капитан Марченко носил прозвище Штабной – память о его пребывании в штабе бригады. Но за последние дни он стал среди танкистов своим.

В наступлении неплохо воевал и вот вляпался в положение, которому не позавидуешь. Гаубичный снаряд оборвал оба троса, еще два взорвались рядом с тягачом. Тягач задымил, крутнулся, пытаясь уйти из-под огня, но загорелась солярка. Трое ремонтников гуськом уползали прочь. Двое доползли до нас, третий остался лежать, подсеченный пулеметной очередью.

Крошечный, ничего не значащий эпизод в огромной битве. Горящий тягач, труп рядом с ним и обреченный танк на нейтральной, простреливаемой насквозь полосе.

Марченко не мог бросить танк с исправным вооружением, одновременно понимая, что жизни ему отпущено немного. Он стрелял, выпуская снаряды наугад, зная, что они летят в сторону врага. Потом из переднего люка выскочил стрелок-радист, под пулями добежал до наших позиций. Худощавый паренек, оглохший от близких взрывов, рассказал, что экипаж живой и просит лебедку.

– Товарищ капитан говорит, мотор сильный, мы сами себя вытащим.

Появился, как нарочно, начальник разведки бригады Бутов. Сначала стал разбираться, почему радист покинул танк.

Тот, заикаясь и дергая головой, повторял про лебедку. Бутов пригрозил парню трибуналом, но у того от напряжения потекла кровь из носа. Фельдшер, оттеснив капитана, положил паренька на дно траншеи и запрокинул голову, промокал кровь комком ваты.

– Нос ему заткни, – проявил медицинские познания Бутов. – Кровь сразу остановится.

– Он захлебнется кровью, – огрызнулся фельдшер. – Если помочь хотите, эвакуируйте раненых.

Начальник разведки, которого прислали, как «толкача», стал допытываться у комбата Колобова, почему прекратили наступление.

– Где комбат-два, Дядин?

– Сейчас вызовем.

Пока ждали Дядина, у которого осталось всего штук восемь танков, Колобов позвал Таранца. Не обращая внимания на начальника разведки, попросил:

– Антон, капитана Марченко сейчас угробят! Я сосредоточу огонь, а ты организуй тросы и два танка.

– Их «фердинанд» побьет, – подумав, ответил ротный. – Но если прикажете… надо наступать.