Например, Котельников с женой и мэр Красноярска. В итоге остались около сорока процентов, требующих продолжение банкета. Бедных японцев никто не отпустил.
И как удачно вышло, что именно у меня имелся проход. Впрочем, у Есениных он тоже был.
— А давайте, кто быстрее? — предложил пьяный Звездочет. — Кто первым попадет в Дикую Зону?
— А как проверим? — на серьезных щах спросил Фанеров-старший.
— Ну как… — пожала плечами возникшая рядом Чехова. — Кто первый попадает в Дикую Зону, тот выпускает огненный шар в небо!
И все бы хорошо.
Но…
Тут на сцену вышел Валера… Почему я не отправил его домой? Ну почему?!
— А зачем нам вообще использовать проходы? — сказал он, и все разом повернулись к нему. — Давайте поднимем ставки? Слабо перемахнуть через стену?
Все переглянулись. У многих на лице появилась хищная улыбка. Чехова и Есенина тихо захихикали. Звездочет заинтересованно задумался, как и Женя с отцом.
— Но сначала, — произнес Георгий Анатольевич, — все приговорили по рюмочке!
И мы реально распили одну бутылку. После этого даже мне эта авантюра показалась забавной.
— Да расслабься, будет весело! — Лора нашептывала, словно змей-искуситель. — Или ты боишься проиграть?
Подначивать она умела. Но сперва надо сделать одно дело. Я подошел к Маше и аккуратно ее приобнял.
— Вот только не надо меня целовать, — поморщилась Кутузова. — А то у тебя такое амбре, что глаза слезятся.
А мне казалось, я пил меньше всех.
— Извини, — отвернулся я. — Данила доставит тебя домой, хорошо? Я буду к утру. Не думаю, что они дойдут до Монголии. Сама знаешь, в Дикой Зоне даже метеоритный алкоголь быстро выветривается.
— Вот-вот! — кивнула она. — Буду ждать у себя.
После чего я довольный вернулся к гостям.
* * *Командный центр Красноярской части по обеспечению защитной стены.
2:21 ночи.
Телефон начальника смены Виктора Полежайкина очень неприятно зазвонил, разбудив мужчину.
Вначале он поморщился.
Вскочив в одних трусах с раскладушки, Полежайкин бросился к телефону и снял трубку.
— Докладывай! Что случилось?
— Виктор Андреевич, множественные проникновения через стену! Пока сложно сказать, сколько именно, но это довольно широкий промежуток! — раздался взволнованный голос оператора.
— А КИИМ? Почему он молчит?
— Так… Виктор Андреевич.