– Только ведь они на тебя тоже планы имеют! Слышал? Ты ж мой сообщник, ха-ха!
Торван недовольно сплюнул, подошел к коню, и в следующий миг оказался в седле.
– Уложим этих, – кивнул он на отряд, что уже меньше, чем полете стрелы. – Потом покажу, как престарелых пердунов, вроде тебя, топчут конем. Это очень поучительно! Добавляет ума, а также соплей и песка во рту.
– Я тебя порву на части голыми руками, – со злостью пообещал Яфет, убирая с лица пряди белоснежных, будто выгоревших на очень ярком солнце, волос. – Посмотрим, по кому будут сегодня топтаться кони!
– Как бы пупок не развязался, – бросил Торван в ответ.
– Идет! – согласился Яфет. – Считай, ты уже проиграл!
Он пришпорил коня, погнал животное навстречу отряду.
– Это мы еще посмотрим! – крикнул Торван.
Варвар ударил шпорами Черныша в бока. Тот молнией сорвался с места, понесся навстречу всадникам.
Яфет на полном скаку врубился в гущу отряда, меч в руке ожил, превратился в смазанную стальную полосу, опрокидывающую врагов с коней.
"Торван хмыкнул от неожиданности, пришпорил коня сильнее и тоже лихо налетел на правую половину отряда, что не вступает в бой с Яфетом, а ждет его. Торван рассмеялся, стиснул коленями бока Черныша, левой рукой выхватил секиру, принялся орудовать ей и мечом одновременно. Перед ним принялись мелькать лица воинов, он не переставал рубить обеими руками, работая, точно ветряная мельница в грозу.
Торван рубит, не чувствуя усталости, ощущая лишь, как в жилах вскипела кровь, ударила в голову, он ощутил прилив сил, азарта. В ярости обрушивает секиру и меч на врагов, парирует вражеские удары, сбрасывает воинов с коней так, что уже не в силах подняться.
Лезвия перед ним превратились в полупрозрачную стену, которая буквально сминает врагов. В глазах тех, кто еще жив, он увидел, как злость сменилась на неуверенность и страх.
Взмах. Удар. Секира врезалась в лицо здоровяка в бронзовом панцире.
Краем глаза Торван увидел, что Яфет лихо орудует мечом, уже успел отобрать у кого-то палицу, и второй рукой тоже сокрушает воинов, лупя по головам, разбивая черепа, как спелые арбузы. Он возвышается над воинами, точно великан.
Невероятной белизны волосы забрызганы чужой кровью.