Рёбра словно растоптаны громадной широкой ногой, заметен след от огромного сапога, черепа угрюмо смотрят на невра провалами глаз."
"Подняв факел выше, он увидел впереди, аккурат посреди каменного зала, возвышение. Ведущие к нему ступени покрывает толстый слой пыли. Взгляд упёрся в могильную плиту поверх широкого гроба.
Гроб выглядит поистине величественно – вырезан из цельного куска гранита с тёмными и белыми слюдяными прожилками. Размеры немалые, видно, что в него положили могучего воина.
Таргитай охнул, но любопытство влечёт туда, к этому массивному саркофагу из камня.
Под ногами вновь захрустели кости, хоть невр и старается не тревожить покой усопших и не растаптывать пальцы, конечности или черепа, которые будто провожают его строгими, укоряющими взглядами.
Каменный гроб приближается с каждым шагом. Ветерок треплет оранжевое пламя факела в руке Таргитая. За спиной, выстреливая вверх оранжевыми светлячками искр, жадно пылает костер. Дударь, чтоб сделать светлее, набросал туда гору разбитых крышек от сундуков, так что пламя теперь взвилось чуть не до самого потолка, мощно разгоняет темноту.
Он повернул голову и вдруг замер. Справа от гроба из массивной плиты торчит наполовину погружённый в камень меч. Рукоять сделана настолько искусно, что невр буквально прикипел взглядом, не в силах отвести глаза от этой дивной, божественной красоты.
Лезвие, что торчит вместе с рукоятью из плиты, широкое, как ладонь Таргитая, там видна идущая по всей длине выемка для стока крови. Металл отливает голубоватым светом, но тут же неуловимо меняется на золотистый, пурпурный.
Пару мгновений дудошник стоял, разинув от удивления рот. Затем шагнул к плите.
В темноте вдруг прокатился мощный вздох. Таргитай замер, принялся осматриваться, поводя вокруг себя пылающим факелом. В тот же миг по огромному склепу прокатился могучий голос с нотками неимоверной усталости, отражаясь эхом от стен и потолка.
– Надо же… Еще один явился…
От каменного гроба начал струиться свет. Идёт из-под самой крышки, словно там не мертвец, а землянка, в которой, встревоженные его появлением, пробудились хозяева и зажгли пару лучин.
– Я ж вас, подлых охотников до чужого добра, бил-крушил, а вы всё лезете и лезете, как тараканы.
– Я слышал зов, – торопливо сказал Таргитай, оправдываясь. – Кто-то звал на помощь, призывал спуститься…
– Проклятье! – ответствовал голос с раскатистым эхом. – Вот ведь дожил… В смысле, доумирался… Меч сам уже призывает каждого, кто подходит к кургану.