– Снайперы! Ко мне! Догоняйте взвод…
– Уже бежим, – за всех троих ответил сержант Занадворов. – Почти прибежали.
Я, обернувшись, увидел, как из-за поворота, покачиваясь на бегу, появляется объемный глушитель его винтовки. Поворот был плавным, и потому самого сержанта видно еще не было. Он бежал близко к скале, из-за которой я выскакивал, резко принимая влево, чтобы сразу увидеть противника. Я ждал встречи с противником, а противник встречи со мной и с моими солдатами не ждал, и потому мы среагировали быстрее. Водители схватиться за автоматы успели, но ни один не успел дать очередь и хотя бы звуком предупредить тех, кто ушел в ущелье.
Я заглянул в лицо каждому из убитых бандитов. Ни один не подавал признаков жизни. Только один из пятерых был в бронежилете. За что и получил две пули. Одну в горло, вторую в рот. Видимо, пули одной очереди. Чья-то дополнительная очередь порвала камуфлированную обшивку на его бронежилете.
Нас было больше, и потому некоторым бандитам досталось по две очереди.
В школе я учился не всегда плохо и потому считать научился. И сейчас легко подсчитал, что у нас осталось только одиннадцать противников. Двенадцатый – генерал.
– Товарищ майор, – доложил я Николаеву. – Машины захвачены, охрана уничтожена. Можете выдвигаться к нам, здесь безопасно.
Николай Николаевич прибежал бегом, держа перед собой переговорное устройство и что-то сообщая в него. Но спохватился, видимо, что не снял наш шлем, только микрофон отключил, и не вставил в ухо наушник от «переговорки», и потому ответ не разобрал.
– Наши химики проехали до конца последней улицы. Ничего не нашли. Я подсказал Орешкину про твоего младшего сержанта. Капитан попробует использовать опыт военной разведки.
– А мы? – поинтересовался я.
– Ну, хотя бы задержать генерала ты, старлей, не отказываешься?
– Лично ему руки за спину заверну. Так удобнее будет в БМП заходить. На его внедорожнике я сам поеду, – я показал майору ключи со значком «Тойоты» на брелке. – Могу и вас подвезти…
– Договорились, – согласился Николаев. – Значит, будем выдвигаться в глубину ущелья. До пещер, как я говорил, пятнадцать километров.
– А вся длина ущелья?
– Двадцать два с половиной километра.