И я осознаю, что пока смотрела, как горит мой родной дом, здесь в камине пылало мое оставшееся имущество…
Дверь распахнулась, когда я на коленях стояла перед очагом.
– Сумки тоже сжечь, – безапелляционным шепотом приказала хозяйка. – Бельишко твое не тронула, почитай и девицы гулящие такое же носят, а вот туфли пожгла.
Мне впервые в жизни захотелось ударить человека.
– Документы, – едва слышно простонала я, – свидетельство об окончании школы, диплом брата…
С трудом сдерживаемые рыдания сотрясали плечи.
В следующее мгновение я ощутила неимоверную боль и не сразу поняла, что старуха пребольно схватила меня за волосы. Вскрикнула, но с проворной хозяйкой доходного дома мне было не соперничать и когда госпожа Урас потянула к ставням, я только взвыла, пытаясь хоть немного ослабить хватку.
– В окно смотри! – прошипела женщина. – Огонь видишь?
Его нельзя было не заметить – пламя пожирало два соседних доходных дома! Алхимическое пламя! Из окон выпрыгивали люди, под стенами отчаянно сражались… ни стражи, ни пожарного отряда не было…
– Магов нашли, – прохрипела госпожа Урас.
Я даже не ответила. Слышала, как она возится в комнате, потом затрещала сгорающая кожа, потом хозяйка приказала ложиться спать и вышла. Я не плакала, не могла больше. Свои слезы я выплакала, когда умирала няня, когда пропал брат… слез не осталось.
Дверь открылась неожиданно, вошла госпожа Урас, осторожно спросила:
– Ужин сюда принести?
Отрицательно мотнула головой.
– Тогда ложись, неча у окна сгорбленной старухой стоять. Это еще не горе, деточка, вот когда маги взялись кварталы бедняков чистить пятнадцать лет назад, вот то горе было – никого не жалели. И вот если бы не матушка твоя, не стоять бы мне тут сейчас, угорела бы со своими-то.
Вздрогнув, стремительно развернулась и посмотрела на госпожу Урас. Старуха усмехнулась, и продолжила:
– Узнала я тебя, мать вылитая. Но жизнь за жизнь, в остальном поблажек не жди, меня жизнь, знаешь ли, тоже не баловала.
Госпожа Урас вышла, плотно прикрыв за собой покосившуюся дверь. И я словно впервые увидела эту комнату под крышей, с косым потолком, грязными тканевыми обоями, сквозь прорехи в которых виднелась кривая кирпичная кладка, оплетенная покрытой пылью паутиной… Грязно. Здесь действительно было очень грязно.