А то, мол, ее заподозрят в чем-то… Не знаю, в чем, не суть. И так ясно, что тут не все чисто, а у нас следователи работают. Короче, эта серая мышка стала дамой на миллион долларов. Квартира, скромное платьице, уход, тон барский… Ну, это может оценить только женщина. Особенно, если мы в очереди в один туалет стояли. Да и заказы у нее были – все самое дорогое. Все! Видно, она не часто показывается на людях.
– Интересно, действительно. Что бы это значило?
– Да сама думаю. А вдруг Валька ее в какие-то свои делишки втянула, а Лидка какой-то ее кусок прибрала, исчезла, а потом с семейкой стала расправляться?
– Лида? В гангстеры подалась?
– Ну, не сама, конечно.
– Знаешь, я уже ничему не удивляюсь.
– А я сегодня еще раз удивилась. Ко мне приходила жена нашего частного сыщика, Сереги Кольцова.
– Это еще зачем?
– Интересовалась моей бывшей свекровью. И Петькой, само собой. Какое-то уравнение у нее с ними не получается.
– Яснее нельзя?
– Она иногда влезает в дела мужа. Когда ей кажется, что он сам не допрет. И тогда она все делает по уму.
– И чем у вас дело кончилось?
– Я ей объяснила, что Петя – козел, и по уму его ни в какое уравнение не впишешь. Хорошо сказала?
– Отлично. Как тебе жена нашего сыщика, который ни фига не сыскал до сих пор?
– Убила. Слишком красивая – раз. Поэтому я ее сюда не повезла, чтоб ты не стал хвост распускать. Нудная – два.
– Но считать у нее ты научилась, – рассмеялся Толя.
…Они провели в этой квартире еще два дня. Столько оставалось у них до работы. Когда собрались уезжать, Толя кухонным ножом сковырнул одну розочку, завернул ее в салфетку, сунул в карман.
– Это чтоб вернуться с тобой сюда. Как в детстве: мы тогда с мамой бросали монетки в море.
Марина обняла его и растроганно расцеловала. Они вышли во двор, где тускло горели фонари, мел мокрый снег и его неохотно сгребал лопатой человек в куртке дворника.