Вы – Лариса Корнилова, клиентка моего мужа, Сергея Кольцова. Он вас очень похоже описал.
– Серьезно? В другой ситуации непременно спросила бы, как именно, но сейчас, простите, я валюсь с ног. С ночной смены. А о том, что у вас с Сережей что-то вроде семейного подряда, мне кто-то говорил. Марина, что ли?
– Да, наверное, она. Мы встречались. Ничего, что я с собакой?
– Мне нравится пес, – пожала плечами Лара. – Красивый. Зинаиде не понравится, но вам какая разница. Надеюсь, вы не ко мне приехали? Я бы с удовольствием, но…
– Да, вы объяснили про ночную смену.
– Тогда вам к Нине Георгиевне. Она очень любила Лиду Смирнову. Ее вроде бы Марина где-то видела. Толя сказал. Я сомневаюсь. Они оба фантазеры. То есть Демидова такой была…
Настя смотрела на лицо Лары, правильное, но какое-то горькое, иссушенное, как будто кровь перегорела под кожей. Ей двадцать восемь лет.
– Да, – подтвердила Настя. – Я именно с Ниной Георгиевной и хотела познакомиться.
– Вообще-то она болезненно реагирует на допросы. Вы уверены, что нужно лишний раз?..
– Мне кажется, нужно. Дело в том, что я нашла эту соседку.
– И вы? Неужели убитой? Не удивлюсь. Мы все время ждем, кто следующий.
– Нет, убитую может найти Сережа или Слава, а я – только живую.
– Интересные закидоны у этой дамочки, а Нина Георгиевна с ума сходит. Как вас зовут?
– Настя.
– Прошу прощения, Настя. Я валюсь с ног.
– Конечно!
Лара открыла дверь, пропустила вперед гостью. Настя не успела поздороваться, Май – улыбнуться. Странный раздутый мужчина выругался матом и быстро скрылся в одной из комнат, бабища с оранжевыми волосами зашипела, замахала на Мая руками и даже схватила стоящую у стены швабру."
"– Слушай, Зина, иди отсюда, – устало сказала Лара, отбирая у нее швабру. – Ты меня знаешь. Я твою самодеятельность не выношу.