Они опять занимались любовью, и ни один из них не озвучил мысль, которая время от времени появлялась у обоих. У них была настоящая, не только физическая близость. Они были не чужими, случайными друг другу людьми. Но и родными не стали. Просто не хотели. Может, потому что слишком хорошо друг друга понимали?.."
"Праздник удался. Ничего более удачного они не могли бы придумать. Толя остался в трусах, на Марине из одежды остался только подаренный Толей медальон. Они пили, ели, хохотали, включив телевизор. Весело издевались над ведущими и поп-звездами.
– Нет, мне нужно видеть, кто звонит. У Романова есть ключ от этой квартиры. Он такой дятел: позвонит, я не отвечу, поедет искать. Ему вечно что-то надо. Узнает, что меня нет в квартире, подумает, что сюда поехала справлять.
– Я спросил у дятела… – сознательно фальшивя, пропел Толя.
Новый год наступил, они час его праздновали, потом решили опять согрешить.
– Это кто? – изумленно спросил Толя.
– Ну, кто. Накаркали мы, – с досадой сказала Марина. – Все вынюхивает, блин. Надень трусы. Этого достаточно.
Сама она не стала надевать платье, просто закрутила его на себе, как парео: чуть выше груди, чуть ниже бедер. Пошла открывать босиком, не спеша, даже не пригладив взлохмаченную прическу, которой, собственно, уже не было как таковой.
– О! – произнесла она, насмешливо глядя на Романова, рядом с которым стояла дама, то есть Ритка в длинном вечернем платье и в чем-то типа пелерины из меха. – Вот потому, Петя, я и закрыла дверь изнутри, что допускала твое появление. Вам что, делать больше нечего? И почему без звонка? Сообразить мог бы, что я тут не одна? В своей квартире!
– Марина, – на добродушном лице Петра сияла соответствующая улыбка.
– Ничего, – пожала плечами Марина.