Но его планы вновь потерпели крах.
Зная, что так и будет, я уговорил Сирен послать им на помощь собственных бойцов.
С такой поддержкой и помощью артефакта, они просто не могли проиграть. Так что оставшиеся в живых Салазары бежали, поджав хвост.
А нам оставалось только ждать, когда и другие вассалы последуют примеру первых смельчаков.
Всё шло по плану, и я, наконец, мог посвятить себя делам Рихтерберга.
Хотя продовольственный коллапс был предотвращён, в столице по-прежнему оставалась масса нерешённых дел.
И первой, кто нас встретил в новом строящемся клановом замке, была усталая и расстроенная Алина.
Именно ей я поручил присматривать за лечением и восстановлением юных Рихтеров.
Увидев нас, она воскликнула:
— Наконец-то вы вернулись! Эти дети! Они совершенно невыносимы! И полностью отбились от рук!
Глава 20
— Значит, юные Рихтеры уже полностью восстановились? — уточнил я у Алины, — раз у них появились силы мотать тебе нервы.
Химеролог кивнула.
— Большинство из них уже чувствуют себя замечательно и, мне кажется, даже до конца не осознают, что их только недавно вытащили буквально с того света.
— С этим проблем нет? — задал я новый вопрос, мягко подталкивая Алину к выходу.
Она недоумённо на меня посмотрела, решив, что я её почему-то выпроваживаю, но быстро поняла, что я и сам иду вместе с ней. Так что спокойно продолжила разговор:
— Нет. Недостатка в лекарствах у нас нет. Морис отлично всё организовал даже при том, что поставки ингредиентов с других городов сейчас невозможны.
Я улыбнулся.
— Отлично. Значит, он умеет отвечать за свои слова. Пару недель назад Морис заверил меня, что в столице достаточно сырья, если знать, где искать.
— О, поверьте, он точно знает, — подтвердила Алина, — причём не только то, что касается запасов непосредственно Вийонов, хотя у них на складах осталось очень много всего полезного. Но такое ощущение, что Морис лично знает каждого даже самого захудалого фармацевта в городе.
— Что ж, — подытожил я, — одной проблемой меньше.
— Да, — согласилась Алина, — я тоже рада, что здоровью детей ничего не угрожает, но всё-таки, Макс, прошу прощения, что так высказываюсь о выживших представителях твоего клана, но воспитывали их как-то очень странно! Кстати, — переключилась она, когда мы вышли из конюшни, — а куда мы идём?
— В клинику, разумеется.