Этого хватило, чтобы её подданные тут же замолчали.
— Я не буду отказываться от своих слов. Мы подпишем магический договор, как вы и хотите. Но перед этим как следует обсудим все условия. Вы же не торопитесь?
— Совсем нет, — ответил я, понимая, что мы здесь надолго.
В конце концов, королева отпустила всех, а меня и ещё парочку своих советников пригласила в зал для совещаний, где мы провели без малого три часа, обсуждая всевозможные детали и пункты договора. Так, чтобы не осталось никаких подводных камней и неудачных толкований.
Наконец, договор был подписан, и уже почти не сдерживая нетерпение, королева сказала:
— Теперь мы ждём выполнения вашей части сделки. Где Поющая Раковина Маринуса?
Я видел, что она напряжена. Что ни говори, а сейчас наступил момент истины. Действительно ли я — союзник Сирен или просто проходимец, который втёрся к ним в доверие ради каких-то своих выгод?
Но королева мне нравилась. Так что долго мучить её ожиданием я не стал и сразу же достал из-за пазухи контейнер, в котором я запечатал артефакт.
— Прошу простить мне эту маленькую хитрость, — улыбнулся я, — но, поверьте, это было исключительно для нашего общего блага. А Поющая Раковина Маринуса всё это время была со мной."
"Жестом фокусника я распечатал коробку, и нас сразу же затопило мощным потоком магической энергии.
— Не верю своим глазам… — прошептала королева, — она действительно вернулась к нам. Я… возьму? — несмело спросила она у меня.
Королева Сирен словно разом потеряла всю свою царственную уверенность.
— Он ваш, — кивнул я. — Рихтеры всегда держат слово.
И королева осторожно его коснулась, будто бы боясь, что он такой хрупкий, что может развалиться от одного только прикосновения.
— Я не знаю, как вас благодарить, — вновь прошептала она.
— Соблюдения условий договора будет достаточно, — с улыбкой отозвался я.
— Разумеется! — с готовностью воскликнула она. — Вы теперь самый большой друг Сирен! И первый за долгое, долгое время.
Я хорошо понимал, о чём она. Подобно Салазару я вполне мог сам пользоваться силой артефакта.
Либо заломить перед сиренами непосильные условия. Уверен, что они пошли бы на всё, лишь бы получить реликвию.
А вместо этого предпочёл вернуть его истинным хозяевам, хотя ценность такой вещи трудно переоценить.
Но силы у меня и так всегда было в достатке.