Она с размаху бросила заклинание, но я ленивым движением руки поставила воздушный щит, и шар отбросило назад. Порой полезно усовершенствовать магию. Девушка еле успела развеять заряд, чтобы он не нанес ей же вред.
- Так и будешь защищаться? - немного нервно крикнула она, и тонкий пламенный щит обхватил фигуру.
Никаких мыслей или слов, только смерть... смерть чужачке!
Потусторонний Луч слетел с пальцев легко и непринужденно и метнулся к цели, но заклинание сбила черно-серебряная ворона, и вперед вышел Мор, пытаясь преградить дорогу.
- Лана, прекрати! - строго крикнул юноша и выставил вперед руки.
Но я не остановилась и просто обошла его. Та девушка должна умереть!
- Лана, постой! Это проклятие, не слушай его! - Мор схватил меня за плечи и развернул, совершенно не обращая внимания на то, что лезвием задела его пальто, и теперь на рукаве красовался порез.
Снова увидела отражение глаз в глазах юноши.
- Мелания фон Рахе, ты слышишь меня? - ровным тоном спросил он, будто говорил с ненормальной буйной девицей.
Хотя... так и есть.
Гнев. Холодная ярость пронзила меня, когда осознала факт, что он защитил ее, закрыл от удара... он... он...
Отшатнулась от некроманта и зажмурилась, чтобы сбросить с себя оковы обиды и слез, после чего развернулась и, не оборачиваясь, помчалась в лес.
Я злая, как тысячи демонов, выпрыгнула на поляну, не обращая внимания, что снега почти по пояс, ветер услужливо разбрасывал его в стороны, расчищая дорогу. Меч снова исчез из руки, оставив после себя только лед, который я мигом отколола от ладони.
- Да... да будь он проклят, и она проклята! Да будь они все прокляты! - зло вскрикнула я, сбрасывая с пальцев Стрелы Тьмы и вымещая зло на деревьях и воронах, что сидели на ветвях и наблюдали за мной. Но после встреч со стрелами, они либо тушками падали на землю, либо разлетались в стороны на другие деревья.
Под всплесками эмоций я не заметила, как ко мне подкралось с десяток людей в черных одеждах.
Он даже не побежал за мной, - в гневе пронеслось в голове, - ну и пусть остается с этой зубастой куклой!
Когда ярость, что затмила разум, стала затихать, я резко развернулась и пораженно уставилась на самодовольно ухмыляющегося мужчину, что стоял в паре метров и сжимал в руке плеть.