Сашка за стойкой смешивает коктейли. Здороваемся коротким рукопожатием.
– Сейчас. Я только закончу. А то у нас такие люди в гостях, что мама дорогая!
– Кто? – прохожусь равнодушным взглядом по лицам сидящих за столиками. В зале полная посадка, и совершенно непонятно, о ком Сашка говорит. Да мне и не особенно интересно. Я просто пытаюсь поддержать беседу, чтобы не обидеть друга своим равнодушием.
– Дина Довгань с друзьями. Прикинь!
– Это кто?
– Бля, ну ты совсем одичал, Вакула. Дочка Довганя, который держал всю область.
– М-м-м… – изображать интерес к беседе мне труднее с каждой секундой. Пока Сашка треплется, я прикидываю, сколько времени уйдет на то, чтобы добраться до ледовой арены маршруткой. И как сильно пострадает мой недельный бюджет, если я все же позволю себе такси.
– Вон та, темненькая, у окна.
Если так разобраться, не очень. Но денег все равно в обрез. И это мне уже порядком поднадоело.
– Темненькая?
– Угу.
Поворачиваю голову, чтобы не разочаровать Сашку, и натыкаюсь на пристальный женский взгляд. Оу… Значит, дочка Довганя? Неудивительно, что она ведет себя как гребаная королева. Швыряет тарелками в официантов, унижает массажистов и считает, будто может наброситься с поцелуями на первого встречного.
– А-а-а. Ну ладно…
Да я просто бог красноречия! Сашка закатывает глаза, видно, подумав о том же. Я достаю телефон, сверяюсь с часами. Друг отправляет на поднос кучу стаканов с коктейлями.
– Вот, возьми, – вздыхает он, тыча сложенные вместе купюры.
– Спасибо, бро. Я все верну, как только дадут зарплату.
– Не торопись. Я сегодня надеюсь на щедрые чаевые. – И снова он едва заметно кивает в сторону сидящей за столиком у окна брюнетки. Мне бы порадоваться, что не надо спешить, рвать жилы, но как-то не выходит. Терпеть не могу быть кому-то должным. А в последнее время без этого не обходится.
– Верну. Зарплату должны дать десятого.
– Ну, смотри, – отмахивается Сашка. – Кстати, какие у тебя планы на выходные? Мы думали выбраться на озеро.
– Я, наверное, буду работать.
– Ты такими темпами скоро загнешься, Вакула. Помяни мое слово."
"Обсуждать работу мне хочется меньше всего. Я вообще не понимаю, какого хрена мои друзья так любят педалировать эту тему. Я мужик, у меня семья. Мне нужно ее обеспечивать. Точка.
Сую сложенные вместе купюры в карман поношенных джинсов.