Если это поможет мне его убедить, я готов умолять, я готов в ногах у него валяться… – Пусть так. Тебе же ничего это не стоит…
– Нет.
– Я же все равно узнаю.
– И что тебе это даст, Фед? Хочешь, я тебе скажу? Разочарование. Даже если ты каким-то чудом вычислишь реципиента, даже если подкараулишь его, наверняка не желающего тебя видеть, у дома или работы, даже если тебе удастся завести с ним разговор и заглянуть в глаза, ты ничего в них не увидишь.
– Ты не понимаешь!
– О, ну конечно. А твое безумие мне просто чудится.
Я ударяю кулаком в стену. Я бьюсь об нее головой… Ловлю себя на том, что с гораздо большей охотой прошелся бы по бате. Врезал бы ему, будь он рядом, просто потому что никак иначе мне до него не достучаться. Сгребаю с подоконника снег, растираю по горящему лицу. Холодные комья падают за шиворот... С трудом разлепляю веки и встречаюсь взглядом со стоящей за стеклом Диной.
Как жаль, что я испортил сегодняшний вечер. Другое дело, что я не могу заставить себя вернуться к ней, сделав вид, что ничего не случилось.
– Я достала противень из духовки. – говорит Дина, когда я возвращаюсь в дом.
– Спасибо.
– Будем ужинать?
– Знаешь, у меня пропал аппетит. Давай без меня, ага?
– Ладно.
– Прости, что так вышло.
– Ничего страшного."
"И все. Ни слова упрека. Ладно… С этим я разберусь потом.