Титановый король

Вот как? Лицо Бориса абсолютно непроницаемо, и я не могу судить, что он думает по этому поводу. Но, честно признаюсь, меня шокируют перемены в нашем общении. Я будто становлюсь сразу выше на две головы. Опасное чувство, к которому, я точно знаю, мне привыкать не стоит.

– Спасибо. Я обойдусь.

– Так велела Дина Владимировна. Для удобства.

Ах вот как? Значит, личный водитель? Ну, это я, пожалуй, переживу. Отрывисто киваю. Спускаюсь вниз, где, как и было сказано, уже стоит припаркованный к самому входу Лексус. Собачий холод, сковавший улицы, освежает кипящую голову.

Я с наслаждением зажмуриваюсь и поднимаю к небу глаза. Между вышками электропередач тянутся вены проводов и клубятся почерневшие от холода тучи… Пахнет надвигающейся зимой.

Домой доезжаем за каких-то двадцать минут. За время дороги Кирилл не произносит ни слова. Лишь здоровается, перед тем как открыть дверь. Поэтому я удивляюсь, когда он обращается ко мне, остановившись у дома.

– Ваш график на завтра будет выслан на почту.

«Чего? – проносится в голове.

– Мой, что, блядь? График? – И следом: – Интересно, а за кого они меня принимают? Понимают ли, на чем строятся наши отношения с Диной?»

Все случилось так быстро, что у меня не было времени осмыслить, как это все дерьмо будет выглядеть в глазах посторонних. Обслуги. Водителей. Той же охраны. Как на меня будет влиять их видение. Станет ли заботить их мнение? В конце концов, они не дураки и все понимают правильно. Я – комнатная собачонка богатой тетки. Может, вначале это и прозвучало излишне театрально, но если разобраться, что я не так сказал? Все так… Все так, чего уж? Я сглатываю поднявшуюся кверху муть.

– Отлично.

Откуда они взяли адрес моей почты – я понятия не имею. Вообще, конечно, не такая уж это тайна, просто… А что еще они захотят узнать? Останется ли у меня после этого хоть что-то личное? Что-то сокровенное? То, куда Дина не станет лезть? А если нет… что останется от меня самого?

Господи, мне же придется с ней спать. А если у меня не встанет? А если она попросит меня забацать что-нибудь эдакое? Мало ли, какие у нее предпочтения.

Почему я только сейчас задался этим вопросом? С другой стороны, а что бы это изменило?

Ни-че-го.

– Папа! Данька, папа пришел."

"Я захожу в квартиру, стаскиваю ботинки. Пацаны, как всегда, встречают меня трескотней:

– Звонил Петрович. Ругался. Сказал…

– …что если мы пропустим еще одну тренировку, он не выпустит нас на лед в матче с синими!

– Вы больше ничего не пропустите. Обещаю.