— Святая церковь деньги на дело богоугодное пожертвовала, чтобы народ грамоте да слову божьему обучать, дома сиротские ставить, а вы, сволочи…
Ее пламенная речь закончилась еще одной серией ударов.
— Мы разве на сиротские дома деньги давали? — удивился викарий.
— Янка решила, что три тысячи на одни только Библии — это чересчур, — начал выкручиваться юноша. — Распорядилась сэкономить на пару домов для престарелых и несколько сиротских приютов. Я был не против.
— А ты говорил: душа заблудшая, — попенял Алексий III викарию, явно продолжая давно начатый спор.
Царский сплетник при этих словах расцвел. Патриарх это заметил, и губы его тронула легкая улыбка.
— Мы понимаем, что от старых богов уйти сложно, сын мой, понимаем, что ересь это, но светлая душа рано или поздно сама истинного бога найдет и в лоно церкви православной придет, — пояснил он Виталику. — Мы подождем.
— Да, — вынужден был согласиться отец Сергий, покосившись на бревенчатую стену гридницы, за которой продолжалась разборка, — такие души истинному Богу угодны.
— Да хватит уже! — верещал Васька.
— Вторую метлу об нас обламываешь, — вторил ей Жучок.
— А я думал, она их ухватом, — пробормотал Виталик.
— Да на эти деньги столько трав накупить можно, столько людей вылечить! — продолжала бушевать хозяйка подворья. — А вы тут…
— Опять же делом благородным дева занимается, врачеванием, — задумчиво сказал архиепископ. — И старательная…
Действительно, судя по звукам ударов с заднего двора, Янка воспитывала своих питомцев очень старательно.
— …так что, коли жениться надумаешь, сплетник, приводи ее в церковь, — закончил свою мысль викарий.
— Так она же некрещеная, — ахнул юноша.
— Вот заодно и окрестим, — успокоил его патриарх.
— И обвенчаем, — добавил викарий.
Царский сплетник смотрел на служителей церкви во все глаза. В его мире их коллеги не отличались такой терпимостью.
— Наша церковь, кстати, не против всяких существ, от нас, людей, отличающихся, — словно отвечая на его мысли, сказал патриарх.
— А вот тех, кто по глупости от бога отвернулся, на табачок чертов подсел и сам уже почти в беса превратился, — оживился юноша, — можно ли обратно в лоно церкви вернуть и на путь истинный наставить?
— Это ты про тех бесов, что на чертовой мельнице обосновались? — проницательно спросил викарий.