— Ты на самом деле Баба-яга?
— А что, не похожа?
— Я в детстве много сказок читал. Баба-яга костяная нога, нос крючком, горб за спиной. Одежонка на манер половой тряпки потрепанная, из собачьей шерсти шитая, клюка в руках…
Бабуся поперхнулась вином и начала ржать. Взахлеб, буквально до слез ржать.
— Детский сад, — отсмеявшись, выдавила она из себя, утирая платочком выступившие на глазах от смеха слезы. — Хочешь верхом на метле или в ступе меня увидеть? Без проблем. В каком облике желаешь? В таком? — Виталик невольно отшатнулся, когда рядом с ним материализовалась хрестоматийная Баба-яга в только что описанном им виде.
— А настоящий у тебя облик какой? — спросил сплетник.
— Я же берегиня, что означает богиня, и могу принять любой облик. Боги, они, знаешь ли, не стареют, — улыбнулась своей жутковатой улыбкой Яга, превращаясь в молодую девушку изумительной красоты, чем-то смахивающую на Янку. — Вот это, кстати, и есть мой истинный облик.
— А чего ж ты в нем постоянно не ходишь? — опешил Виталик."
"— Чтобы Янка тебя ко мне приревновала? Нет уж, уволь, — покачала головой красавица, возвращая себе облик, выбранный специально для свадьбы.
— Безопасней? Что ты имеешь в виду?
И тут сидевший рядом с Ягой хмельной патриарх ущипнул старушку, да притом за такое место!
— Я сказала тебе: не приставай, козел старый! — подпрыгнула Яга, дав ему по загривку.
Гашеному патриарху этого было достаточно. Он плюхнулся физиономией в салат и захрапел.
— Вот это я и имела в виду, — сердито буркнула старушка.
— Ай да Его Святейшество! — восхитился Виталик.
— Это сейчас он Его Святейшество. А по молодости они со Святозаром такое творили! А уж как за мной ухлестывали, — ностальгически вздохнула Яга, — проходу от них, охальников, не было!
— По молодости? — насторожился Виталик. — Это сколько же им со Святозаром лет?
— Лучше не спрашивай, — опять покосилась на патриарха Яга. — Ведь и в религию ударился, стервец, а замашки старые остались. Так свои ручки шаловливые ко мне и тянет.
— Ладно.