Самый страшный хищник — тиранозад. Напоминает наших тиранозавров, но только башкой. Передние лапы у него здоровые, не хуже задних. А ещё он умеет как на двух ходить, так и на четырёх. Когда стоит на четырёх лапах — метров пять в высоту. Когда выпрямляется…
— А почему тиранозад? — как-то запоздало удивилась Кострома.
— Потому что он, как жирный тиранозавр! И размеры у него не по холке считают, а по толстой заднице. Ну и ещё, при встрече, если заметит — задница будет!.. — признался Борода. — У нас тут один только водится.
— А ещё кто бывает? — снова вернул я Бороду на нужный лад.
Надо было срочно изучать местную фауну, пока она случайно не изучила меня. Причём глубже, чем мне хотелось бы. Например, не попробовала на зуб.
— Ну вот сородичи этих ваших зверюг бывают… — Борода кивнул на питомцев, лениво развалившихся на песке. — Бурые волки их прозвали. Стаями иногда заглядывают, но мы им спуску не даём! Нам вообще повезло между горами и лесом осесть.
Глава рыбаков, видимо, что-то припомнил. И задумался, замолчав на пару секунд. А потом всё-таки спохватился и продолжил:
— А ещё у нас в пуще бывают мелкозавры. Такие смешные твари: на задних лапах бегают, мне по пояс! Но если десяток накинется — загрызут насмерть. Есть и черви всякие ядовитые, но этого добра везде хватает.
— Ясно-понятно, — кивнул я. — Полный набор тварей… Всё, как и всегда.
— Не будь ты таким пессимистом, Вано! — укорил меня Борода.
— Да я оптимист! Самый что ни на есть. Просто уже опытный оптимист, стреляный. А местами даже слегка кусанный!.. — добродушно ухмыльнулся я.
— Ладно, вы пока в себя приходите и на ноги раненых ставьте… — хмыкнул себе в бороду Борода. — А как что решите, загляните в наш лагерь.
— Спасибо вам! — опомнился Сочинец. — И за объяснения, и за помощь!
— Да не за что! — отмахнулся Борода, собирая опустевшие кружки. — Вы вроде ребята нормальные… Таким мы только рады помочь.
Рыбаки ушли, а мы остались. Зализывать раны, подсчитывать потери — и решать, что дальше делать будем. На высадке бесследно потерялись три девушки.