А в глазах, обычно мечущих молнии, натурально плескался детский восторг.
Я добился своего.
Ну а то, что Ольша слегка расстроился из-за того, что это не он Кукушкина так порадовал… Ну ведь мне и вправду для дела надо, а не чтобы своё эго почесать!
— Почему? Ну почему никто об этом не подумал? — тихо спросил Кукушкин, с нежностью рассматривая кривую и косую, но настоящую пластиковую кружку с ручкой.
— Инерция мышления, шеф… Вообще-то Игнат про пластик говорил! — напомнил Ольша, явно приняв наезд на свой счёт.
— Значит, плохо говорил! Непонятно говорил! Не донёс! А Вано донёс! — начал было заводиться Кукушкин.
И я поспешил его успокоить, пока не превратился из героя вечера в личного врага Ольши:
— Я почти уверен, что это не единственная возможность, которая лежит прямо у нас под носом! Просто мы их все не видим…
— Правильно уверен! — неожиданно оповестил меня СИПИН. — Ты сейчас только не кричи от восторга… В общем, формально ты только что открыл месторождение стратегического сырья.
Вы пытались сохранить серьёзное выражение щей, когда изнутри распирает? Тот, кто пытался — меня поймёт. А кто ещё не пытался — верь, брат-землянин, у тебя всё впереди!.
Я стоял, слушая, как Малый Совет тихо обсуждает грандиозные перспективы. А сам в это время буквально хотел кричать от радости, раздувавшей меня изнутри, как воздушный шар!"
"— Кроме того, ты первый на этой планете освоил плавку пластика, — продолжал СИПИН. — Я, конечно, понимаю, что это был только вопрос догадливости… И вообще-то не ты первый догадался портить мебель и использовать стулья таким непотребным образом… Но ты первый добился, что тебе всё-таки дали пластиковый стул, и ты первым этот стул переплавил! Вот только в моём фонде нет нужного количества баллов… Придётся тебе подождать решения планетарного ИИ.
— СИПИН, а хотя бы приблизительно?.. — мысленно взмолился я.
— Это около полумиллиона баллов, — выждав долгую паузу, ответил инструктор. — Номинально полмиллиона, но не забывай: будут работать коэффициенты.