Ну а я с Костромой и отрядом Олега отправился дальше.
Город обрушился на меня, как мегаполис на неопытного провинциала. Он буквально давил со всех сторон, заставляя морщиться, нервничать и с опаской поглядывать по сторонам. Это было странно, потому что раньше я за собой подобного не замечал. Возможно, это просто дело привычки, но сейчас мне, после горных просторов, было и вправду некомфортно.
Костроме тоже приходилось несладко. Девушка как-то вся подобралась, грозно зыркала по сторонам и кривила губы. Возможно, причиной были не только люди и звуки, но и запахи.
Запахи атаковали нас со всех сторон. Причём то, что раньше пахло сильнее — вроде рыбы, например — теперь сравнялось по интенсивности с другими ароматами: пота и дыма с редкими нотками испражнений и гнили. Незабываемый букет большого людского сообщества… Просто фантастически отталкивающий и одновременно притягательный.
Олег уверенно вёл отряд по одной из улиц. И так же уверенно выбрал место, где с дороги пришлось сойти и пробираться между капсулами.
Оставив своих бойцов снаружи, Олег провёл меня и Кострому внутрь одной из огороженных территорий и принялся расспрашивать людей, проходивших мимо. Те что-то отвечали, махали руками, указывая направление — и, кажется, специально заставляли ходить нас зигзагами по территории.
Наконец, мы оказались под каким-то навесом, где сидело несколько человек. На одного из них, худощавого мужчину лет тридцати, наш провожатый и указал.
— Это Ольша. Вам к нему! — а потом добавил шёпотом: — Помните, о чём я предупреждал… Ну и удачи вам!
— Спасибо! — поблагодарили мы с Костромой.
И остались стоять, пока командир дежурных пробирался назад к своему отряду.
Дневник Кустова О.А.
День тридцать второй. Слухи
— Здоров, брат Олег! — меня остановил смутно знакомый тип из «кукушкиных».
— И тебе не болеть! — ответил я и чисто для вежливости уточнил: — Как оно?
— Ровно! — ответил тип, а потом кивнул на новеньких. — А это кого ты привёл?
— Да так… Новая группа из гор прибыла, — не стал скрывать я. — Их Борода к Ольшу направил. Вот я и проводил."
"— А чё их к Ольшу-то? Чё, группа большая? — тип удивлённо посмотрел на меня.
— Группа большая, — ответил я, стараясь не морщиться, чтобы не выдать своего отношения к политике этих снобов.