Сгребаю ими Федину футболку в кулаки.
Нет. Не отдам. Не отпущу. Мой!
– Думал, ты спеца отправишь, – роняет Федор, обнимая меня, гладит по волосам, затылку.
– Решил лично сопроводить доктора, заодно проверю, куда сливаются деньги из бюджета, – поясняет Вратислав Барновский. И я все же решаю выглянуть из своего укрытия. Сталкиваюсь с насмешливым взглядом мужа подруги. – А говорят, ты на каком-то там фестивале калача. А у вас тут и без фестиваля веселье.
– Здравствуйте, Вратислав Павлович, – негромко сиплю я.
– Непорядок, Белый, – цокает Слава. – Довел девчонку до такого состояния. Мне теперь придется еще и больничку инспектировать.
– Это не Федя..., – начинаю возражать я. Федор не виноват.
– Исправим, – заключает Белый и устраивает меня обратно на подушки.
Я пытаюсь возразить. Цепляюсь за его большую и теплую ладонь.
Он перехватывает мои пальцы. Целует их, не смущаясь присутствия Славы.
Этот жест выходит слишком личным и интимным. Я вспыхиваю смущением.
– Пока врач осматривает, на пару слов, Федь, выйдем, – говорит Барновский, впуская в комнату незнакомого мне мужчину в форменном комбинезоне с нашивками МЧС и с красным чемоданом в руке.
Послушно лежу в постели. Отвечаю на вопросы. Вслушиваюсь в мужские голоса, которые доносятся из соседней комнаты.
Ничего не понятно. Слов не разобрать. Но, кажется, конфликта нет. И все спокойно.
После осмотра, мне ставят систему. Я неприятно морщусь, когда катетер входит в вену.
Сил совсем не остается. Тихонько лежу, прикрывая веки.
В комнату возвращается мой Белый. Врач оставляет на тумбочке пластиковый кейс с лекарствами, поверх – исписанный листок.
– Госпитализация не требуется, но если настаиваете... – начинает мужчина.
– Нет! – очень быстро и резко отвечаю.
Федя смотрит на меня, привычно хмурясь. Я улыбаюсь. Пусть видит, что я совсем не боюсь его угрюмого взгляда.
– Я взял анализ крови. Чуть позже дам развернутое заключение, – говорит доктор и выходит из спальни.
Тяну руку. Но во мне лютует дикая слабость. Моя ладонь не успевает упасть на плед. Федя перехватывает ее прежде, чем она касается ткани.
Смотрю на бритую макушку. Мой Федя опять целует мои пальцы, мимолетно, но крепко. Накрывает мою ладонь рукой. Смотрит на меня. Обжигает взглядом.
– Постельный режим. Усиленное питание. Витамины и свежий воздух, – чеканит Белый с угрозой.
Закатываю глаза.