Около полуночи Шутов передал, что депутат Госдумы направляется в Гудермес и что отслеживать его очень сложно: дороги почти пустые и часто приходится уходить от военного патруля, разъезжающего на открытых УАЗах. В общем-то это и бесполезно, поскольку невозможно приблизиться и установить, с кем встречается Кастрат. То ли кого-то ищет, то ли что-то передает; ни в одном пункте больше чем на десять минут не задерживается — эдакий курьер, что с его персоной вообще соотносимо. Этот ночной вояж после трех дней заседания «большой семерки» был странным и необъяснимым.
И Головеров решил перехватить его на обратном пути из Гудермеса.
— Алекс, помнишь, как мы пригласили в гости Кархана? — спросил он по радиосвязи у Отрубина — все переговоры велись только на английском: даже если бы перехватили, что было маловероятно, чужой язык сбил бы с толку спецслужбы.
— Помню… С этим бы понежнее как-нибудь, натура тонкая, — откликнулся командир «тройки».
— Предлагай.
— Мы из Интерпола, работаем нелегально во многих странах мира.
— О'кей! Его «ангела» с собой, а карету оставьте где-нибудь в селе. Только без багажа.
Похоже, телохранители боялись Интерпола больше, чем бандитов. «Ангел» Кастрата начал отстреливаться из двух пистолетов, продырявил машину Отрубина, выбил заднее стекло и угомонился лишь на земле со сломанной рукой и стволом у виска.
Пришлось обследовать кустарник с фонариком, и не зря: в траве обнаружился бумажник, туго набитый долларами. И опять его поведение показалось слишком нелогичным, даже вздорным, поскольку нет смысла таким образом прятать от Интерпола деньги, которые, как известно, не пахнут.