Задержать вы не сможете, охрана не подпускает никого, стреляет без предупреждения.
— Придется тебе задержать вылет, — Головеров положил перед Кастратом радиостанцию, отнятую при обыске. — В целях самосохранения.
— Нет, — усмехнулся он. — Задерживать не буду. А за свою жизнь я не опасаюсь. Ее гарантирует и оберегает лично президент. В ваших интересах освободить меня и не нарываться на скандал.
Глеб посмотрел в его наглые, непроницаемые глаза и подозвал Тучкова.
— Приготовь ему дозу. Рассчитай на килограмм веса, посадим на иглу.
Князь молча взял героин и удалился. Кастрат взбагровел, зашевелились тяжелые, большие уши.
— Вы — не Интерпол! Вы банда преступников!
— В бандитских странах вынуждены применять соответствующие приемы, — неохотно заявил Головеров. — Цивилизованные — для цивилизованных.
— У меня большие связи за рубежом!
— Не сомневаюсь.
— Меня знают члены «большой семерки»!
— Допускаю, но я не член «большой семерки» и ничем помочь не могу.
— Я сделаю заявление о ваших методах работы в России!
— Возможно, если я тебя отпущу, — спокойно заметил Глеб.
Тучков принес шприц, Цыганов — жгут, встали в ожидании, с бесстрастными лицами. Кастрат вжался в стену, завертел головой.
— Садисты! Не посмеете!.. Какая дикость!
— Не дергайся, — Головеров взял у Князя шприц. — К вечеру попросишь сам, но тогда не получишь.
Мужики схватили его за руки, вжали в стену.
— Не надо! Уберите шприц!! — закричал по-русски. — Буду отвечать!..
— Что он говорит? — по-английски спросил Глеб Тучкова.
— Говорит, отвечать будет, просит убрать шприц.
— Ес! Ес! — опомнился Кастрат. — Уберите!
— С кем ты связан в Европе? — не вынимая иглы, спросил Головеров.
— Это не в Европу! В Россию!
— В Россию? Кому в Россию? В Государственную Думу?
— Нет!.. Я продаю оптом, господину Зарецкому!
— Кто он? Род занятий?
— Шоу-бизнес, ночные клубы, казино… Уберите иглу!
— С кем вели переговоры в гостинице? Кто эти люди? Откуда?
— Они не имеют отношения к наркотикам…
— Отвечай! — Глеб пошевелил шприцем.
— Не знаю откуда, — Кастрат поднял умоляющий взгляд.