— Ты понимаешь, как сильно разочаровал меня, Ясон? — спросила Юпитер.
— Я полностью признаю свою вину, — ответил блонди и, собравшись с духом, поднял голову. — Ты можешь поступить со мной так, как сочтешь необходимым. Но остальные не заслуживают столь суровой кары.
— Я уже определила меру наказания для каждого из них. И для тебя в том числе.
— Что будет с их статусом, с их имуществом? И еще… они просили узнать, какая судьба уготована их домочадцам.
— Мне следовало бы лишить тебя — каждого из вас — всего, что вы имеете, и превратить в безмозглых сексдроидов.
Ясон помолчал, опустив глаза.
— Ты само милосердие, мы не заслуживаем подобной снисходительности, — пробормотал он. — Но я не могу не задать еще один вопрос… о моем пете.
— Мы это уже обсуждали. Ты избавишься от него по истечении установленного года. Но я готова пойти на одну уступку: откажись от него прямо сейчас, склонись перед моей волей, и я уменьшу твое наказание вдвое. Тридцать ударов.
— Прошу… — прошептал блонди. — Знаю, я не достоин этой милости, но прошу тебя… нет, умоляю — позволь мне оставить Рики!
— Разве я недостаточно четко сформулировала свое мнение по этому вопросу? Итак, ты не согласен расстаться с ним сейчас?
Ясон опустил голову и закрыл глаза.
— Я не могу.
— Ты можешь, но не желаешь. Ты не желаешь подчиниться мне, даже теперь.
— Ты неверно поняла меня, Юпитер, — возразил Ясон, поднимаясь с колен и устремляя взгляд прямо на разумный компьютер. — Дело не в моем желании или нежелании подчиняться.
Гул, исходящий от Юпитер, усилился — она напряженно размышляла над словами Ясона.
— Что ж, можешь вернуться домой, — сказала она наконец. — Завтра ты получишь всё, что тебе причитается. И если по прошествии года ты не избавишься от своего пета, я обрушу на тебя всю силу моего гнева.
Лицо блонди потемнело, но он молча отвесил Юпитер прощальный поклон и вышел. В душе его воцарился мрак.