Теперь оставались только Омаки Ган и Ясон Минк, но их приговор был самым суровым. На помост вывели Омаки и закрепили его у столба.
Какой-то аэромобиль попытался втихаря подлететь поближе к «Плазе», но его перехватил танагурский воздушный патруль. Ксантус подождал, пока проблему уладят, и продолжил.
— Омаки Ган! Ты признан виновным в нарушении статей С107 и Х999 Генерального Кодекса и приговорен к двадцати пяти ударам кнутом. Сейчас ты получишь свое наказание. Ты вправе согласиться на применение акселератора или отказаться от него.
— Согласен на акселератор.
— Принято.
Омаки услышал тяжелые шаги за спиной и приготовился к первому удару. Когда кнут врезался в его плоть, он задохнулся от боли, с ужасом осознав, через какой ад ему предстоит пройти.
Щелк!
— Один!
Щелк!
— Два!
Щелк!
— Три!
Щелк!
— Четыре!
Щелк!
— Пять!
Щелк!
— Шесть!
Щелк!
— Семь!
Омаки закрыл глаза, стараясь отвлечься от боли и даже не слыша собственных громких криков. Он натягивал крепления на руках, отчаянно, но безуспешно пытаясь вырваться и избежать жгучих ударов.
— Девять!
Щелк!
— Десять!
Щелк!
Дикая боль затмила разум блонди, и он не сразу понял, что Ксантус остановился. Потом услышал низкий голос:
— Отключить акселератор?
Смысл вопроса с трудом пробился в затуманенное сознание блонди.
— Да, — ответил он шепотом. Пусть его тело навеки сохранит отметины позора, сейчас ему хотелось любой ценой хоть немного смягчить эту нечеловеческую боль.
Но даже отмена акселератора не принесла заметного облегчения.
Как и Хейку, его пришлось унести с помоста — обезумев от боли, он даже не понимал, что порка уже закончилась. Оказавшись в шатре, он на краткий миг увидел Ясона. Тот посмотрел на него сверху вниз, нахмурил брови и внезапно исчез из поля зрения.
Ясон поднялся на помост, на ходу сбрасывая с плеч накидку.
Ксантус приблизился к нему и тихо сказал:
— Я не могу предложить тебе выбор — согласиться на применение акселератора или отказаться. Прости, но при шестидесяти ударах без акселератора не обойтись.