Он выбрался из постели и натянул шелковые домашние панталоны — блонди надевал их крайне редко, хотя они выгодно подчеркивали его идеальный мускулистый торс. Рики в который раз подивился необычному сочетанию: длинные светлые, почти белые, волосы, такие легкие и женственные — и мощные, упругие мышцы настоящего, сильного мужчины.
— Я бы выпил вина, — сказал Ясон. — К тому же нам обоим пора поужинать.
— Ужин готов, Дэрил объяснил мне, где что, — ответил Рики, вставая и, в свою очередь, натягивая брюки.
"Монгрелу нестерпимо хотелось курить, и он потянулся за рубашкой. Прежде, чем он успел сообразить, что произошло, из кармана выпала маленькая таблетка, которую дал Катце, и, покрутившись на ребре, улеглась на бок. Рики с ужасом наблюдал за ее извилистой траекторией, потом перевел взгляд на хозяина и увидел, что тот с удивлением рассматривает пол. Их глаза встретились, и на лице блонди пет прочел понимание — и закипающий гнев.
Рики молнией метнулся вперед, ему даже удалось первым схватить предательницу, но и Ясон не зевал — он стиснул запястье монгрела и вывернул, словно клещами.
— Дай сюда!
Даже собрав все свои силы в кулак — в буквальном смысле — Рики был не способен долго сопротивляться. Вскрикнув от боли, он разжал пальцы. Ясон подхватил таблетку на лету, но руку пета отпускать не собирался. Рассмотрев свою добычу, он с досадой вздохнул:
— Вот как — «Опиат-3», значит. Ну, и где ты это взял?
Рики молчал как партизан.
— Я спрашиваю, где ты это взял?! — рявкнул Ясон. — Отвечай, пет! — Монгрел продолжал упорствовать, и блонди снова вздохнул. — Все ясно. Ты намеревался облегчить для себя последствия заслуженного наказания — в то время как я столько раз тебе втолковывал, что боль — неотъемлемая его часть. Теперь же ты отказываешься отвечать и раскрывать имя поставщика. Ну что ж, пет. Приходится сделать вывод, что на сегодня твое наказание еще не окончено.
С этими словами Ясон поволок пета к кровати, а тот, упираясь что есть мочи, закричал:
— Нет, Ясон! Пожалуйста!
Но куда ему было меряться силой с блонди! Хозяин уселся на край кровати и уже приготовился разложить своего непослушного пета на коленях, как вдруг Рики истошно завопил:
— Ай, моя рука!
Ясон, испугавшись, что снова вывихнул пету больное плечо, тут же выпустил его запястье.