Рики плакал и кричал в голос, но Ясон был неумолим и с неослабной силой отсчитывал каждый из пятидесяти обещанных ударов, вспарывая нежную, беззащитную кожу.
Мало того, он не умолкая распекал своего пета и сам распалялся всё сильнее, вымещая на его заднице все пережитые за день треволнения и гневные чувства оптом. Рики никогда еще так не доставалось от хозяина, но всё же, распростершись на столе и страдая от адской боли, он почувствовал, что на душе становится легче. Он убеждал себя, что принимает наказание и за смерть Кея, что его ужасное деяние заслуживает каждого взмаха карающей руки.
Отсчитав пятьдесят ударов, Ясон остановился и положил хлыст на стол. Монгрел продолжал рыдать, не осознавая, что всё уже закончилось. Затянутая в перчатку рука легла ему на спину, и не успел он даже дернуться, как почувствовал неописуемую боль — в истерзанную плоть въедался акселератор.
Рики взвыл, в глазах у него померкло. Придя в себя, он поначалу даже слова не мог вымолвить, только лежал, раздавленный болью, сотрясаясь всем телом.
— Прости меня, пет. Без акселератора непременно остались бы шрамы, — ласковым голосом сказал Ясон.
— Мое наказание закончилось?
— Да, пет.
— Я хочу домой, — всхлипнул Рики.
Блонди улыбнулся — его порадовало, что монгрел считает пентхаус своим домом.
— Так поехали. Повернись, пет.
Рики повернулся и увидел, что Ясон снял перчатку и держит в пальцах его кольцо пета.
— Ты больше никогда с ним не расстанешься, — твердо сказал хозяин.
Монгрел ничего не ответил.
— Я доверял тебе, Рики, но ты предал мое доверие. Ты меня очень разочаровал.
— Я знаю, — жалобно ответил монгрел.
Ясон помог ему одеться — так взрослый одевает маленького ребенка.
— Зачем было всё с себя снимать? — недоумевал он.
Рики хранил молчание, только горько вздыхал. Блонди подобрал лазерный пистолет, нож и телефон, засунул всё это в карман, но оставил радиоприемник и обогреватель.
Заметив его взгляд, Ясон улыбнулся.
— Хочешь оставить байк себе, да, пет? — мягко спросил он.
Рики неуверенно кивнул.
— Ну, хорошо. Знаю, мне не следует этого делать, но я всё же позволю тебе оставить байк, Рики. Садись в автомобиль, а я положу его в багажник.