— «Темный Баккалиас»? Боже! Какой у нас утонченный вкус! — поддразнил его тот, с улыбкой беря сигарету.
Рики вздохнул, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся.
— Очень мягкие, — признал он.
— Несомненно, — отозвался Катце, растягивая слова, словно вел светскую беседу в каком-нибудь элитном салоне. — Они обладают идеальным сочетанием ядовитых субстанций и наркотических веществ, способным потрафить даже такому привередливому ценителю, как я.
Рики не сдержал улыбку.
— Ну ты и язва.
— Зато заставил тебя улыбнуться.
Монгрел покачал головой и буркнул:
— Ясон, зараза!
— Да ладно тебе! Что плохого в том, что он заботливый? Попробуй еще найди такого блонди, которому не пофиг, если что-то случится с его петом. И какой еще блонди отпустит пета вот так шататься по улицам?
— Все равно. Бесит.
— Ты только не вымещай свою злость на мебели. Хотя в пентхаусе уже и ломать-то, считай, нечего. Кстати говоря… какого хрена ты тут ноешь, что Ясон за тобой присматривает, когда вместо того, чтобы надрать твой зад, он осчастливил тебя новыми привилегиями?
— Да вот, зажрался, не иначе.
— Ты просто засранец.
— Ублюдок!
— Монгрел!
— Фурнитур!
— Пет!
Рики засмеялся и двинул Катце кулаком в плечо.
— О-о-оу, чтоб тебя! — Пряча улыбку, Катце схватился за плечо, словно тяжело раненный солдат. — Ну, вот мы и в Эосе. Тебе выходить.
— Что? Я еще не нагулялся!
— Я получил четкие инструкции: первое же происшествие — и ты возвращаешься домой.
— Твою мать! — выругался Рики. — Погоди, я ему все выскажу!
— Это уж вы там сами между собой разбирайтесь, голубки.
Рики вышел из автомобиля, грохнув дверью.
— А мне, на хрен, плевать, в себе он или еще где.
— Ну, приятного вечера, любитель острых ощущений, — ухмыляясь, ответил Катце и отъехал от тротуара.
Рики покачал головой, пытаясь справиться с приступом гнева. Он в раздражении пнул газету, которую ветер нес по мостовой. Блонди предал своего пета, пообещав ему свободу.
====== Глава 14 Ревность ======
Ясон шел к своему автомобилю злой как черт. Он ругательски ругал себя за то, что не отклонил сразу и безоговорочно все поползновения Рауля, а наоборот, ответил ему — хотя сам не раз заявлял, что между ними все давно кончено. Теперь, когда он так бездарно сдал позиции, Рауль пустится во все тяжкие.