Ясон бросил на него строгий взгляд, стараясь ничем не выдать, как он доволен, что события принимают нужный ему оборот.
— Не начинай, Рики!
— Ну, и для чего было ослаблять поводок? Чтобы шпионить за мной?
— Добрый вечер, господин Ясон, — нарисовался Дэрил. — Могу я…
— Вина, Дэрил, — приказал блонди, направился прямиком к пету и наклонился к нему поближе. — Второе предупреждение. Осторожнее, Рики. Ты пожалеешь, если нарвешься сегодня на наказание. Я в отвратительном настроении.
Он снова отошел на несколько шагов, а монгрел наблюдал за каждым его движением, ощетинившись с ног до головы.
— Знаешь, что я думаю? Ты наверняка следишь за мной и здесь, в пентхаусе.
Ясон промолчал: не признаваться же было, что все комнаты действительно утыканы скрытыми камерами — на случай, если понадобится узнать, чем тут занимается пет в отсутствие хозяина.
— Твою налево, Ясон! Отвечай!
Монгрелу даже хватило наглости толкнуть блонди в спину. Тот резко обернулся.
— Последнее предупреждение, Рики! — сказал он грозно, уперев кулаки в бедра.
Рики смотрел на него в упор, и несколько минут они бодались взглядами, словно проверяя друг друга на прочность. Ясон улыбнулся, заметив дикий огонек в глазах монгрела, и с нетерпением ждал, когда пет сорвется.
— Твои решения неоспоримы? Что за голимая хрень! — наконец, выпалил Рики. — И еще — можешь взять все свои предупреждения и засунуть их себе в зад!
Тихонько рассмеявшись, Ясон повернулся к Дэрилу, который переминался с ноги на ногу с бокалом вина, не решаясь встревать в перепалку.
— Ты просканировал вино? — уточнил блонди на всякий случай.
— Разумеется, — ответил фурнитур.
Ясон сделал глоток и вернул бокал.
— Поставь пока на барную стойку.
Он снова повернулся к пету и, наклонившись вперед, с улыбкой произнес:
— Тебе так не терпится получить сегодня взбучку? А ведь я тебя предупреждал! На сей раз ты действительно пожалеешь.
Схватив Рики за запястье, Ясон поволок его к своему креслу.
— Что? Ты наивно полагал, что у тебя есть право выбора? В чем же тогда заключается наказание?
— Моя рука! Ты делаешь мне больно! Отпусти, мать твою!
— Скоро у тебя не только рука заболит, — пообещал Ясон, садясь в кресло и швыряя пета к себе на колени.