— Ты же поранился!
— Не называй меня так! — зарычал монгрел. — Ты понятия не имеешь, что такое любовь!
В ответ Ясон только растерянно моргнул, потом повернулся к Катце:
— Сходи за аптечкой!
— Надеюсь, ты не думаешь, что я позволю тебе ко мне прикоснуться? Я тебя и близко не подпущу, буду драться до последнего, так и знай! Ты не притронешься ко мне своими грязными лапами, предатель блонди!
— Рики, прошу! — мягко сказал Ясон, сделав пару шагов вперед.
— Не трогай меня! — истошно заорал пет. — Не подходи ко мне, мерзкий урод!
Востан Хоси, наблюдавший всю эту сцену с неослабным интересом, наконец-то раскрыл одну из главных загадок Ясона Минка.
— Оставь его ненадолго, пусть придет в себя.
— Я же тебе верил! — надтреснутым голосом повторил монгрел, и в глазах его блеснули слезы.
— О, Рики! — прошептал Ясон. Ему отчаянно хотелось сжать пета в объятиях и никуда от себя не отпускать.
— Просто уйди и оставь меня одного! — Рики всхлипнул, медленно осел на пол и, обхватив руками голову, уткнулся лицом в согнутые колени.
Блонди, не задумываясь, снова шагнул вперед, присел на корточки рядом с петом и, пытаясь его хоть немного утешить, положил ладонь ему на плечо. Рики дернулся, словно от ожога, и резким движением стряхнул с себя руку хозяина.
— Я сказал: не трогай меня, ты, ублюдок! — выкрикнул он в ярости. Он буравил Ясона чужим, бешеным взглядом, и блонди увидел, как по его щеке покатилась одинокая слеза.
— Я не хотел так сильно тебя ранить! — тихо сказал Ясон, и его собственный голос едва заметно дрогнул.
— Но ты это сделал! Ранил, почти убил! — сдавленно отозвался Рики. — Никогда тебя не прощу. Никогда больше тебе не поверю. И… не смогу полюбить тебя снова. Даже не мечтай, что всё будет, как раньше!
Катце, вернувшийся с аптечкой, тут же присел рядом, чтобы позаботиться об окровавленных запястьях монгрела.