Единственное, в чем он был теперь абсолютно уверен — с его любовником случилась беда.
— Ну как, похож я на лита? — вопрошал Аки, гордо откинув голову, чтобы выставить напоказ свою новую серьгу. В одном ухе у него блестело и переливалось колечко из светлого аристийского золота.
Омаки улыбнулся. Украшение смотрелось на его потенциальном пете очень мило, хотя поначалу блонди категорически воспротивился желанию мальчика обзавестись пирсингом.
— Но все литы носят серьгу! — горячо воскликнул Аки, глядя на хозяина с такой трогательной мольбой, что блонди в конце концов сдался и уступил.
Не то чтобы Омаки возражал против пирсинга как такового. Совсем наоборот. Но он надеялся в будущем именно таким способом отметить потерю парнишкой девственности, и у него в голове даже крутилась пара-тройка идей насчет того, какая часть тела Аки могла бы украситься маленьким симпатичным колечком.
Конечно, с проколотыми ушами щеголяли далеко не все представители элиты, но многие, и Омаки хотелось, чтобы мальчик в Академии не чувствовал себя изгоем.
Блонди всё еще не расстался с надеждой когда-нибудь сделать Аки своим петом, хотя и понимал, насколько эта надежда призрачна. Смешно и глупо мечтать о таком — чтобы кто-то добровольно сменил элитный статус на положение пета.
Итак, поразмыслив, Омаки дал свое согласие на пирсинг — к полному восторгу Аки. И теперь мальчик красовался перед ним, приосанившись, одетый в одни лишь пижамные штаны. Потом он взобрался к хозяину на колени.
— Тебе правда нравится? — снова спросил он, пристально глядя на Омаки и зачем-то выпячивая грудь колесом.
Блонди рассмеялся.
— А куртка от пижамы где?"
"— Слишком жарко!
— Зима в разгаре, Аки!
— Когда я возбужден, мне всегда жарко!
— Хм-м-м…
Блонди так и подмывало отпустить парочку не совсем приличных комментариев по поводу этого вполне невинного замечания парнишки, но он благоразумно оставил их при себе.
— Но тебе же нравится моя серьга, правда? — в сотый раз повторил Аки.
Омаки опустил взгляд на маленькие розовые соски мальчика и невольно представил в них такие же колечки. Реакция его тела последовала незамедлительно.
— О да! — хрипло прошептал он.