Но прошло пять минут, десять, пятнадцать, двадцать, а Громов не появлялся. Илья снова достал мобильный телефон, позвонил Валерии. Никто не ответил. Подождав еще пять минут, Илья направился к бабушке Милолике, гадая, где может быть Антон.
Дверь открыла хозяйка.
– Проходи, Илья Константинович, Гоша сейчас будет.
– Никто больше не приходил?
– Супостаты сюда больше не сунутся, – улыбнулась старушка. – Или ты не о них спрашивал?
– Антон должен прийти.
– Дружок твой? Придет, не волнуйся, никуда не денется. Чай с пирогами будешь?
– Обязательно, – кивнул Илья, хотя был сыт.
– С вишней.
– Обожаю пироги с вишней!
Милолика просияла, поспешила на кухню и вскоре принесла в гостиную чай и тарелку с румяными пирожками. Илья попробовал пирог – понравилось – и с удовольствием съел несколько штук, запивая ароматным зеленым чаем. А через минуту в дом явились гости – Георгий и угрюмый, не выдерживающий прямого взгляда Антон. Илья вздохнул с облегчением: в душе ворочались сомнения, что бывший друг и соратник превозможет себя и придет-таки на встречу.
Бабушка Милолика захлопотала вокруг гостей, поэтому и им пришлось отведать вкусных пирожков, после чего только и началась беседа.
– Не буду ходить вокруг да около, – сказал Георгий, посмотрев на притихших друзей. – Оба вы знаете, что происходит. Слугам Морока удалось изобрести самый надежный способ контроля масс – создать структуру власти в стране и во всем мире, которая поощряет насилие, секс, особенно нетрадиционный, сквернословие, ложь и предательство.
Георгий допил чай, промокнул салфеткой губы.
– Илья уже в курсе событий. Ты, Антон, нет.
– Почему вы говорите об этом мне? – тихо спросил Антон. – Я же был… против…
– Был или продолжаешь быть?
Антон опустил голову, у него запылали уши.
– Вы же знаете… я согласился только потому, что мне… угрожали…
– Так ты с нами или нет?
Антон поднял голову, встречая прямой взгляд Витязя.
– Вы мне… доверяете?
– Безусловно.