Перекидной календарь, листы бумаги, письменный чернильный прибор. Рядом со столом стоял крепкий с виду мужчина в камуфлированном костюме – точнее, в брюках и майке. Конвоиры доложили ему:
– Саиб! Ваше приказание выполнено, русский летчик доставлен.
Мужчина махнул рукой, и охрана удалилась, прикрыв за собой створки резной двери. Хозяин кабинета впился глазами в Курдина, медленно поглаживая бороду. В руке он держал удостоверение личности. Выдержав паузу, афганец спросил:
– Кто ты?
Курдин указал взглядом на удостоверение:
– У вас мои документы, там все указано.
Афганец повысил голос:
– Я спросил, кто ты?
– Майор российских военно-воздушных сил Курдин Сергей Анатольевич, командир экипажа самолета «Ил-76» войсковой части №..., дислоцирующейся в городе Переславе, в ста восьмидесяти пяти километрах юго-восточней Москвы.
– Войсковая часть представляет собой полк дальней авиации?
– Да.
– Ваш полк, насколько мне известно, обслуживает переславский парашютно-десантный полк?
– Вы хорошо осведомлены о военном гарнизоне Переслава.
– Я был в этом городе. Давно, еще перед войной восьмидесятых годов. Раньше в Переславе находился авиационный центр, в котором переучивали летчиков-истребителей на пилотов дальней авиации, в том числе и стратегической.
– Центр существует и сейчас.
Афганец подошел к Курдину, достал из кармана брюк ключ, снял наручники, жестом указав на кресло у стола– приставки:
– Присаживайся, майор, разговор нам предстоит долгий.
– Закурить бы!
– Здесь не курят, но для тебя я сделаю исключение.
Он нажал на потайную кнопку, расположенную ниже массивной крышки рабочего стола. В дверях тут же возник молодой парень, лет шестнадцати.
– Слушаю вас, саиб! – поклонился он.
Хозяин кабинета приказал:
– Абдул, принеси сигареты, зажигалку, пепельницу и чай, хороший чай на две персоны! Быстро, Абдул!
Присев в кресло, Курдин спросил:
– Так вы и есть полевой командир Хизаят Тургай?
– Да. Но впредь прошу запомнить: здесь вопросы задаю только я.
– Понял!
– Как вам ваша камера? Не тесно? – поинтересовался Тургай.
– Тесновато, но как у нас говорится, в тесноте, да не в обиде.
– А ты, майор, как погляжу, оптимист. Еще не понял, к кому попал?"
"– Ваши люди объяснили. Они, кстати, гарантировали экипажу жизнь.
– Здесь что-либо гарантировать тоже могу лишь я один. Ты просил, чтобы мы связались с российским посольством и сообщили о вашей судьбе?
– Да. По-моему, вполне обоснованная просьба…
– Обоснованная. Была бы.