Урсула очень некстати решила поэкспериментировать с какой-то вонючей жижей и очень меня подвела.
Тут опять вспомнились слова Жорика о замаскированном запахе, и я решила прояснить момент. Так, на всякий случай.
– Я тоже была у дома Урсулы, но вас не видела.
– Меня никто не видел. Я умею быть незаметным. Да и учуять, – тут он ухмыльнулся, – вряд ли могли.
После такого признания я спросила в лоб:
– Вы скрывали запах?
– И его тоже, – не смутился эльф.
А я решилась на новый вопрос, чисто из любопытства:
– Леди Талинэ и остальные знают?
– Не имеют ни малейшего понятия.
Прозвучало так, будто проблемы леди и остальных участников дипмиссии – нечто отдельное, обособленное, не имеющее никакого отношения к Лэрилу. Словно этот несвежий мужчина эльфийской наружности вообще не при делах.
– А у вас проблемы какие-то отдельные? – не выдержав, уточнила я.
Вновь оскалился, а в ответ…
– Какая умненькая, проницательная ведьмочка.
– Мы не любим, когда нас называют ведьмочками, – я скрестила руки на груди.
– Конечно-конечно.
Он сделал очередной глоток, и я услышала новое признание:
– Задачи нашей дипломатической миссии, безусловно, важны, но время нашего визита неспроста совпало с затмением. Мы здесь потому, что в эльфийских лесах ведьм нет, а мне нужна ведьма. Никто другой не способен сделать то, что я хочу.
– И поэтому вы так интересуетесь нашим племенем? Настолько, что даже познакомились с Рози Шион?"
"– Да.
Я оптимизма не разделяла.
– Урсула могла погибнуть и раньше, – сказала, намекая, что запасной вариант тоже следовало искать заранее.
– Не учёл. Мы, эльфы, практически бессмертны и порой забываем, что кто-то может умереть.
Я выдала натянутую улыбку и развела руками.
– В любом случае я ничем помочь не могу.
Чистейшая правда, по идее, грустная, однако эльф не расстроился.
– А если я окажу вам помощь? Дам знания, благодаря которым у вас точно всё получится?
Знания? О чём это он?
– Одну минутку. – Ушастый поднялся и направился к тумбе, где оставил пухлую папку, с которой явился.
До этого момента я думала, что в папке документы, а Лэрил вытащил опять-таки пухлый, завёрнутый в кожаную обложку большой блокнот.
– Это что? – с опаской спросила я.
Не сказал.