Вот только…
– А где гарантии, что вы не убьёте меня после того, как закончится ритуал?
Эльф поморщился с таким видом, мол, за кого ты меня принимаешь? За мелкого шулера? Но я была куда худшего мнения об этом шантажисте и предположить могла любую низость.
– Перед ритуалом я дам клятву, – сказал Лэрил нехотя.
– Почему не сейчас?
Миг, и он улыбнулся:
– Видишь, ещё один шаг в правильном направлении. Ты не согласна, но уже торгуешься.
Я чуть на пол не сплюнула.
Подошла, схватила со стола наследие Урсулы и, подумав, всё-таки направилась к своим склянкам.
Во-вторых, записи Урсулы нужно спрятать, а саквояж подходит лучше всего.
– Чудесная ведьмочка, – прокомментировал Лэрил. – Благоразумная!
Угу. Радуйся, смертник. Вот вернётся наш архимаг, и…
На этой мысли я опять запнулась, и к Лэрилу разворачивалась теперь очень медленно. Очень-очень. Мне думалось об особом фоне, который есть у любого ритуала, и о надзорных мероприятиях, которые проводит Министерство магии, особенно перед всякими затмениями.
Добавить сюда неограниченные полномочия, высокий статус, который позволяет не робеть перед всякими послами, и картина становится совсем уж подозрительной.
– Проблемы в дальней провинции… Те, из-за которых Морис отсутствует в столице… Ваших рук дело?
Я всё-таки не верила, когда спрашивала, но…
– Твою проницательность да в правильное русло, – на физиономии Лэрила отразилась высшая степень самодовольства.
И после паузы:
– Ты далеко пойдёшь, если выживешь.
Я выживу. Сделаю всё для этого. А вот вы…"
"Вообще-то, я добрая, и даже слишком, но сейчас достало. После признания в подстроенных неприятностях для Мориса, моя ярость достигла пика, желание проредить эльфийскую шевелюру затмило весь мир.
Но я же ведьма! Выдиранием волос мы, само собой, не брезгуем, но обычно предпочитаем другие методы.
Изящно наклонилась и промурлыкала томно:
– О, вы такой соблазнительный!
Пока эльф переваривал эту неадекватность, сунула руку в карман и бросила в гада щепотку чихотного порошка.
Миг. Я отскочила, а Лэрил замер, судорожно втягивая воздух…
Ещё секунда, и покои содрогнулись от мощного:
– А-а-апчхи!
Мелочь, а приятно.