– Какие ещё подозрения? Кроме меня и девочек, никто не знает, что укус Жорика не лечится, а кусал Жорик за… – я указала на Виеровы бёдра, – скрытую под одеждой часть.
Блондин хмыкнул.
– С твоей-то любовью врываться ко мне в ванную? Мила, ну какая уж тут одежда?
Я не смутилась! Точнее, смутилась, но притворилась, будто порозовевшие щёки – оптический обман.
– Сомнительный аргумент. Да и какая такая маскировка, если ты даже не потрудился сменить имя? Ты продолжил называться Виерленом тиль Хорстом, хотя под этим именем тебя и знали? – Я не ошибалась.
Да и Хранительницы называли его именно так, а они вряд ли в курсе каких-то там маскировок.
– А почему нет? – отозвался демон. – Я ведь не преступник, чтобы прятаться. Я по большому счёту и не скрывался. Просто не афишировал своё присутствие.
– Лэрил мог услышать твоё имя, догадаться и тогда…
Я не договорила, а он парировал философски:
– Всё бы сложилось как-то иначе.
Мне подобная позиция показалась глупой, но Виер точно считал по-другому.
– Предугадать всё невозможно, – сказал он. – В некоторых случаях лучше оставить врагу шанс – так веселей.
Ясно. По этому вопросу не сойдёмся, и я вряд ли когда-нибудь осилю эту логику. Значит, лучше обсудить более понятное:
– Ладно. Допустим. А как насчёт холма?
– А что с ним? – недоумённо спросил демон.
Я нахохлилась.
– Ты сказал, что нашёл холм с помощью своего артефакта, – напомнила я. Кстати, сейчас Виер был без трости. – Но, учитывая твою силу и способности, никакого артефакта тебе точно не требовалось. Ты видел холм и так.
– Хм, но я ничего такого не говорил, – Виер снова улыбнулся и наконец отмер. Он сделал плавный шаг навстречу, точнее полшага, словно боялся спугнуть. – Ты сама так решила, а я просто не стал опровергать. Вот и всё.
Нахмурившись, я принялась восстанавливать в памяти события того дня, и пришла к неприятному выводу, что так оно и было.
– А с экипажем? – я продолжила хмуриться.
– С каким экипажем?
– Когда мы с Жориком убежали, а ты догнал нас у салона. Ты, как и мы, воспользовался экипажем?
Новая улыбка, и ответ:
– Нет. В тот раз я прилетел.
Захотелось взвыть. Не от вероломства мужчины, а от собственных неверных выводов, от собственной глупости.