Скорее наоборот – я уже настроилась на то, что останусь с носом и придётся искать обходной путь.
Я даже прихорашиваться после работы не стала и платье не переодела, зато захватила с собой Жорика. В крайнем случае притворюсь, будто отправилась выгуливать хорька.
Кстати, о животных – после визита с извинениями зверь приободрился. Буквально надулся от важности и полдня деловито шарился по лаборатории, мешая мне разливать по баночкам новый состав. Когда я ушла заниматься клиентами, Жорик благоразумно улёгся в свою корзинку и проспал до самого вечера.
Эта возня в сумке отвлекла внимание и позволила не споткнуться, когда я увидела стоящего в условленном месте блондина. Торжественного и лощёного, точно в самом деле собирается кого-то очаровать.
Высокие сапоги, опять-таки светлые штаны, рубашка и камзол, украшенный тонким узором серебряных нитей… Однако моё внимание привлёк другой элемент.
Трость. При первом взгляде на неё вспомнилась Погания Болотье, хранительница.
– Артефакт?
Виерлен улыбнулся. Загадочно так, словно речь о какой-то ну очень особенной тайне.
Желание расспросить сразу взлетело до небес, но я его приструнила. Ведь именно на такую реакцию и был расчёт!
– Что ж, – я притворилась, будто всё в порядке. Камня нет, а явка блондина ожидаема.
Возражений не последовало. Спустя миг мне даже предложили локоть.
– Мы ещё не настолько близки, чтобы ходить под ручку, – с улыбкой отказалась я.
Усмехнулся, пронаблюдал, как перехватываю сумку, и зашагал рядом с самым самодовольным видом.
После недолгого молчания прозвучало:
– Погода сегодня чудесная.
Ехидство в его голосе было мимолётным, но заметным.
– Вчера была лучше, – не осталась в долгу я.
Новая пауза, тихое хмыканье и продолжение:
– Вчерашний день вообще был особенным. Ведь вчера я встретил такую невероятную, умную и притягательную ведьмочку.
Я хищно прищурилась, но быстро взяла себя в руки. Изобразила любезную улыбку и ответила спокойно:
– Благодарю за комплимент.
Блондин кивнул, и я посчитала этот раунд завершённым. Один-один. Что дальше?
– Может, перейдём на «ты»? – предложил объект охмурения. – Ведь мы уже не посторонние люди.