Погания развела руками.
– Не в нашей власти. Побочка завязана на заклинание, мы тут ни при чём.
Я сначала подобралась и нахохлилась, готовая спорить, но быстро сдулась. Всё правильно, и я не раз видела векторную схему произведённого нами обряда. Условия отката действительно вплетены в матрицу. Вот только…
– Побочка срабатывает как-то неправильно. Она началась раньше, чем обычно, буквально на следующий день.
Старая ведьма задумалась и сказала:
– Вероятно, причина в силе объекта.
– То есть?
В ответ загадочная улыбка.
Всё. Во мне вспыхнула жажда убийства! Вот за такое Хранительниц и не любят! За то, что улыбаются там, где жизненно важно объяснить!
– Уважаемая Погания, – начала я жёстко.
Уголки её губ сразу опустились, взгляд посуровел.
– Осторожнее, ведьмочка. Не забывай, с кем разговариваешь.
Холодок по спине, но шанс прояснить хоть что-нибудь был важней:
– Чем он хотя бы провинился? Чего такого ужасного совершил, что стал объектом нашей охоты?
Погания снова заулыбалась, и я решила, что опять ничего не добьюсь, но леди всё-таки сказала:
– Если честно, ничего особенного.
С этими словами Погания хлопнула в ладоши и начала испаряться. Я смотрела, как пурпурный туман, разлитый по кабинету, скручивается в жгуты и впитывается в фигуру леди, а в голове стучала совсем уж неприятная мысль.
Точнее, две.
Первое: Виер очень силён. Очень! Возможно, даже сильнее Мориса.
Второе: этот котяра недобитый не совершал ничего такого, за что становятся объектом. Он невиновен, а мне поручили свести с ума и бросить приличного, в общем-то, мужчину. И как я с таким грехом буду жить?
* * *На свидание я, конечно, пришла – куда деваться? Вышла из салона ровно в назначенное время с зудящей под взглядами коллег спиной.
В этот раз, в отличие от прошлого, прихорошилась и накрасилась, только красоту мою не заметили. Вместо вежливого «ах, какая ты сегодня невероятная!», я услышала:
– И как это понимать?
Виерлен уставился на сумки, которыми я была увешана.
Так и поступила – впихнула в руки блондина всё, потом объяснила:
– Это имущество.
– Чьё? – изумился покусанный.
– Жорика. Он переезжает к своей настоящей хозяйке."
"Виер сначала не понял, а потом глаза сверкнули радостью.